Эрика

Эрика внимательно слушала, ей и вправду все это было очень интересно.

Они проходили мимо старого уютного бара и Петер предложил:

– Зайдем посидим? Выпьем что-нибудь.

– Ой, нет, мне что-то не хочется ничего пить, – помотала головой Эрика.

– Тогда, может, мороженого? Смотри, вон магазинчик.

– Я не голодна.

Петер резонно подумал, что у нее просто нет с собой денег и она не сможет за себя заплатить.

– Давай я тебя угощу? Ну как раньше. Мужчина мог заплатить за женщину и совсем не обязательно, что она ему была потом что-то такое должна.

– «Что-то такое» за мороженку? – рассмеялась Эрика. – Это немного слишком, тебе не кажется?

– И я о том же! – с воодушевлением подхватил Петер. – Ну, какое тебе? Клубничное?

– Нет спасибо, совсем не хочется. Ешь сам, мне будет нисколечко не завидно.

– Не, я так не хочу, – пробормотал Петер и удивился сам себе: одному ни мороженого, ни пива совсем не хотелось.

Это было странно – когда они были с Кристин, каждый просто сам покупал себе, что хочет, и дело с концом.

Они сделали широкий круг по району и снова оказались под своим фонарем, рисовавшим четкий оранжевый круг в темноте бархатной летней ночи. Последние десять минут расхрабрившийся Петер держал Эрику за руку, та, впрочем, даже не пыталась высвобождать прохладные пальцы из его сильной ладони.

– Я думаю, мне пора, – сказала девушка, останавливаясь.

– Так рано?

– Ничего себе рано! – она улыбнулась. – Уже давно заполночь.

– Да, наверное, я и не заметил.

– Спасибо за чудесный вечер. Представляешь, я почувствовала себя школьницей.

– Это хорошо? – удивился Петер.

– Не знаю, – пожала плечами Эрика, – но это очень романтично! Спасибо и…

– До завтра?

– Ты серьезно? И ты согласен опять болтаться со мной в потемках по улицам? Ты же понял, что я не в восторге от баров и кинотеатров.

– Согласен. И…

– Да?

– Ты мне очень нравишься, – сказал Петер и, неожиданно смутившись, покраснел.

Эрика чуть привстала на цыпочки и легонько коснулась мягкими губами его щеки.

– Тогда до завтра.

– Спокойной ночи.

Она кивнула и, повернувшись, пошла в темноту.

Петер тоже побрел к себе и ему думалось, что они и впрямь ведут себя словно дурацкие школьники.

* * *

Они встречались еще три дня подряд и просто гуляли по улицам, держась за руки и болтая о всякой всячине: о литературе, о музыке и, вообще, о классическом искусстве – здесь Эрика была особенно эрудирована.