Желая невозможного

А все потому, что не могла справиться со своими гормонами, которые каждый раз начинали бурлить в ее теле, как только она видела жениха подруги.

Алексис дала клятву памяти Бри. И была намерена ее выполнить, чего бы ей это ни стоило.

– Послушай, – продолжила Лаура, – в воскресенье мы собираемся на небольшой пикник на пляже. Конечно, еще холодновато, чтобы купаться, но мы можем пожарить мясо на гриле. Там есть столики и все необходимое, и свежий воздух будет полезен детям. Ты и Руби должны прийти.

– Я не могу ничего обещать. Давай созвонимся на неделе, – ответила Алексис. Она согласилась бы не раздумывая, если бы пригласили только ее и Руби. Но еще предстояло уговорить Рауля.

– Без проблем, – улыбнулась Лаура. – Давай обменяемся номерами, и ты отправишь мне сообщение, если решишь прийти.

Глава 4

Утро воскресенья выдалось теплым и свежим. Рауль угрюмо рассматривал безоблачное небо. Идея с барбекю ему совершенно не нравилась.

Ему опять стало не по себе. Он не хотел видеть сочувствие на лицах и слышать все эти слова поддержки – как будто это могло изменить прошлое. А еще меньше он хотел находиться в такой опасной близости от Алексис Фабрини.

Каждый раз, когда Рауль видел Алексис, его тело оживало. Его тянуло к ней с их первой встречи. И это было неправильно. После смерти Бри он думал, что уже никогда не захочет быть ни с одной женщиной. Но как только Алексис переступила порог его дома, он понял, как сильно ошибался.

– О, отлично, ты уже готов! – воскликнула Алексис.

Каждая клеточка тела Рауля ожила от звука ее голоса. С того памятного дня в детской он старался держать свои эмоции под контролем. Но даже сейчас вид ее длинных ног и округлой попки не выходил из его памяти.

Алексис держала Руби на руках. Девочка была похожа на куколку, одетая в розовый джинсовый комбинезон и вязаную кофточку с длинными рукавами. На голове у нее был бледно-розовый берет. Просто образец детской моды. Она уткнулась в шею Алексис, а потом застенчиво посмотрела на Рауля и неуверенно улыбнулась ему, обнажив ровные белые зубки.

Его сердце сжалось.