Невинная и роковая

Но он вряд ли рассчитывает, что встретится лицом к лицу с принцессой на улицах Нью-Йорка, не говоря уже о принцессе, с которой он помолвлен. Несмотря ни на что, Мила почувствовала, как разочарование быстро сменяется раздражением. Неужели он настолько равнодушен к их будущему союзу, что вообще о ней не вспоминает?

Возможно, Миле следует этим воспользоваться. Согласно плану Салли, она должна была представиться принцу. А что будет, если она этого не сделает? А что, если позволить себе остаться незнакомкой с улиц Нью-Йорка? Не обремененная формальностями, она сумеет узнать его лучше.

– Спасибо, – сказала Мила, подавляя гнев и возвращая себе душевное спокойствие. – Я согласна.

Его губы изогнулись в улыбке, и она снова посмотрела на него как загипнотизированная. Его глаза удовлетворенно сверкнули, а в их уголках появились едва заметные морщинки. Она заставила себя отвести взгляд и посмотреть на улицу.

Впереди маячил охранник, который уже заходил в то самое маленькое кафе, где она ранее покупала кофе.

Войдя, они подошли к стойке и сделали заказ. Миле казалось, что она попала в другую реальность. Тьерри вел себя естественно и непринужденно. Его охранники рассеялись по помещению.

– Это ваши друзья? – поинтересовалась Мила.

Принц то ли фыркнул, то ли усмехнулся.

– Что-то вроде этого, – признался он. – Они вас беспокоят? Я попрошу их уйти.

– О нет, не волнуйтесь. Они меня не беспокоят.

Мила устроилась в кресле и посмотрела на поднос, который принц Тьерри поставил на стол.

Она заметила, что он также заказал небольшую миску со льдом. Она удивленно наблюдала, как он достает из кармана белоснежный платок с монограммой и заворачивает в него лед.

– Дайте вашу руку, – приказал он.

– Вообще-то она уже не болит, – возразила Мила.

– Дайте руку, – повторил он, пригвоздив ее к месту стальным взглядом, и Мила подчинилась.

Он осторожно прижал к ее руке самодельный пакет со льдом. Мила старалась не волноваться. Старалась, но у нее ничего не получилось.

– Я еще раз прошу прощения за свою неуклюжесть, – продолжал Тьерри. – Я не видел, куда иду.

– Ничего страшного. – Она улыбнулась.

– Позвольте мне самому судить об этом, – твердо сказал он, улыбаясь.

Очевидно, этот человек привык повелевать. При мысли об этом в жилах Милы забурлила кровь. Будет ли он командовать ею?

Он поднял голову:

– Я Хок. А ты?

– Э-Эйнджел, – ответила Мила, назвав имя, под которым ее знали в Соединенных Штатах.