Искры наслаждений

Мы каждую неделю устраиваем семейный ужин, чтобы приветствовать новых постояльцев. Вам отправили приглашение, когда вы забронировали коттедж. В семь вечера в главной гостиной подадут напитки. – Джадд подошел ближе к Анне и снова взял ее за руку. – Вы придете?

– Да, я с удовольствием приму приглашение.

– Отлично, – пробормотал он. – До вечера. – Он мягко поцеловал ее руку. Казалось, Анна на секунду опешила, но потом одарила его очаровательной улыбкой, а потом ушла. Джадд, опершись на топорище, смотрел ей вслед.

Обугленные развалины – все, что осталось от прежнего дома семьи Мастерз. Уже многие годы они – символ былой славы семьи и борьбы за восстановление того, что сгорело дотла во время разрушительных лесных пожаров.

Джадд гордился принадлежностью к роду Мастерз. Несмотря на фамилию, он был таким же потомком этой древней семьи, как любой из его многочисленных двоюродных братьев, и имел такое же право находиться здесь.

Хотя, возможно, он слишком много работает в последнее время. Он не отдыхал уже несколько месяцев. Сегодня Джадд наконец признался себе, что как бы сильно он ни старался, ему не удается победить скуку. Легкий флирт с красавицей Анной. Гаррик может стать идеальным средством от его разочарования.

Джадд методично сложил поленницу, убрал топор и решил принять душ. Перспектива провести вечер со своей семьей за ужином внезапно показалась ему гораздо более привлекательной, чем накануне, после его последней стычки с упрямцем Итаном.

* * *

Волосы Джадда оставались влажными, когда он прошел в главную гостиную, где уже собрались члены его семьи и постояльцы, чтобы выпить бокал вина перед ужином. Эта старомодная традиция была прочно связана с руинами на холме и прежним образом жизни; в ней все еще чувствовался определенный шарм.

После заката похолодало, и в гостиной разожгли большой каменный камин. Джадд оглядел комнату, потом поджал губы и мрачно кивнул Итану, затем улыбнулся своей матери, которая царственно восседала в кресле у огня. Анны еще не было.

Подойдя к буфету, Джадд налил себе вина и заметил в дверях объект своих размышлений. Он сразу же направился к ней, но его мать – как обычно, бдительная – опередила его.