Кто кого?

Так что? – Глаза его хитро сверкнули. Вудли переводил взгляд с одного своего бывшего ученика на другого, и все они опускали голову. – Все ясно. Значит, нет. Ничего страшного. Я уверен, придет время, и у вас все будет хорошо.

– Или брак – это не для нас, – заметил Брент и сразу же пожалел о своей несдержанности, потому что профессор мгновенно разразился длинной лекцией о святости брака.

В какой-то момент внимание Колби привлекло выражение на лице Драко, и он перестал слушать профессора Вудли.

– Что это с ним? – спросил Адам, когда они с Брентом уже отошли от профессора, оставив того дальше принимать соболезнования.

– Не знаю, но, видимо, очень захотелось познакомиться. Красотка интригующе выглядит, – ответил Брент, наблюдая за движениями высокой стройной девушки с короткими черными волосами, которая стояла возле столика.

Судя по ее позе, она была не в восторге от появления Драко и от перспективы долгого разговора с ним. Тогда Драко попытался использовать свой шарм, унаследованный от отца-итальянца. Однако девушка только развернулась на каблуках и сделала несколько шагов в сторону. Всем своим видом она давала Драко понять, что не желает с ним разговаривать.

– Ему это вряд ли понравится, – заметил Адам.

И был прав, потому что Драко после небольшой паузы начал обходить стол, чтобы подойти к девушке поближе.

– Похоже, он с нами кататься не поедет. Ладно, пошли. Больше не могу тут находиться, – добавил Брент, покачав головой.

В последнее время им все реже удавалось проводить время вместе, поэтому ему хотелось поговорить хотя бы с одним Адамом, раз уж Драко увлекся какой-то красоткой.

Однако Драко все-таки догнал их на улице.

– Никаких вопросов! – предупредил он, подходя к своему мотоциклу и хватая шлем.

Поскольку друг был мрачнее тучи, Адам и Брент молча кивнули и завели моторы. Вскоре все трое уже ехали по дороге, ведущей в Окленд-Сити.

Из своей машины БМВ-Z4, припаркованной недалеко от входа в церковь, Амира нервно наблюдала за тем, как Брент вышел из церкви. При его появлении в дверях на нее мгновенно нахлынули воспоминания об их разговоре и сразу же задрожали руки. А она ведь только сумела привести мысли в порядок и успокоить нервы.