Кассандра

Пока мы переглядывались, друг Хлои уже докурил свою сигарету и ушёл, очевидно, что и она собиралась пойти следом за ним, но я остановила её, схватив за руку.

– Отпусти меня, ненормальная! – воскликнула Хлоя и вырвалась из моей хватки.

– Нам надо поговорить. Я видела кое-что важное…

– Мне не о чем с тобой болтать, зубрилка. Как тебя вообще сюда занесло?

– Хлоя, помолчи хоть секунду! Она вообще-то хочет спасти твою никчёмную жизнь! – воскликнула Леони.

Я давно не видела подругу столь злой. Её глаза метали молнии, и казалось, что она готова была своими руками расправится с Хлоей прямо здесь и сейчас.

– Что за бред ты несёшь? – возмутилась Хлоя и развернулась. – Я не намерена стоять здесь и слушать ваши бредни. Я ещё не достаточно пьяна для этого…

Её тираду прервал внезапный пронзительный крик, раздавшийся со стороны лестницы. Я оглянулась, и заметила как мимо нас пробежала парочка незнакомцев. Они побежали на звук, однако большинство, кто все ещё находился в комнате, на импровизированном танцполе, так и продолжали танцевать под грохочущую музыку.

Затем, со стороны лестницы, раздалась ещё пара испуганных вскриков. К этому моменту, мы уже подбежали к лестнице и перегнулись через перила, чтобы увидеть группу студентов стоящую на нижней площадке. Как можно быстрее я спустилась вниз, не проверяя следуют ли за мной Леони, Пол или Хлоя.

Я уже чувствовала неладное. Моя кожа покрылась мурашками и внутри себя я уже знала, что я там увижу.

Секунду назад, когда я только начала спускаться по лестнице, я уже видела эту картину прямо перед собой. Это было очередным видением, правда запоздалым и теперь оно уже было реальностью.

Я ничего не смогла сделать, чтобы остановить это. Я слышала, как кто-то кричит с просьбой, чтобы кто-нибудь вызвал скорую, но мои глаза смотрели лишь на пол.

Тот, кто убил эту девушку написал на бетоне послание её кровью. Маленькое и едва заметное, оно было оставлено прямо в углу. Это было короткое послание. Но от него моё тело словно объяло пламя, я пошатнулась, едва не упав, и схватилась за холодную каменную стену.

Один немой вопрос. И явное обращение ко мне. Всего три слова, но они навсегда отпечатались у меня на подкорке.