Прометей: Прогрессор

Тартыга

В поселение вернулись только в сумерках, лишь когда показались юрты-дома, узнал, что поселение называлось Эдем. У Александрова оказалось своеобразное чувство юмора. По дороге назад отыгрался на ученом по полной, припоминая все упреки в мой адрес про беспечность и плохо налаженное охранение моего отряда.

– Владимир Валентинович, как так случилось, что у вас под самым носом бродят неандертальцы, довольно многочисленный отряд, между прочим, а вы ни сном, ни духом?

– Хири не появлялись в этих местах около пяти лет, – бубнил профессор, стараясь не отставать от меня.

Меня поражало, как он в своем возрасте смог пробежать такое расстояние, практически не отставая от воинов. Понятно, что он бежал налегке, но человеку восемьдесят лет.

– Тем не менее, вы совершенно не заботитесь об охране своего периметра. У вас нет часовых, хотя налажена система оповещения. Это непростительно, Владимир Валентинович, – меня несло, я не мог остановиться, отрываясь за те часы позора, что пережил, когда Александров отчитывал меня.

– Я старый больной человек гражданской профессии, мне такие ошибки простительны. Мы не встречали здесь людей больше пяти лет, Эдем расположен на отшибе, в стороне от охотничьих угодий дикарей. Но ошибку свою признаю, расслабился в ощущении безопасности, – ученый без обид воспринял мои замечания. Сед шла чуть позади нас, моя туника болталась на ней, словно пальто на вешалке.

– Макс, у меня просьба, – Александров понизил голос, чтобы дочь не слышала, – заберите с собой Сед.

После моей смерти, а я не вечен, ей уготована доля стать женой дикаря. Если вам она хоть немного симпатична, мне очень хотелось бы видеть вас своим зятем и сыном.

– Владимир Валентинович, у меня уже есть три жены.

– Дикарки, – отмахнулся профессор. – Сед не показала вам своих знаний, но поверьте, она знает многое. С трех лет я занимался ее обучением, конечно не по всем предметам, но в области некоторых полезных в это время наук у нее фундаментальные знания.

– Постойте, Владимир Валентинович, если мне не изменяет память, то все Нака вливаются в народ Русов, значит всех и нужно забрать, – я даже остановился, ожидая ответа старика.

Александров вздохнул:

– Максим Сергеевич, дорогой, мы же говорили об этом. Местоположение ваших поселений – стратегическая ошибка. Я не отказываюсь от своей присяги, и племя с утра также принесет вам ее. Но мое твердое убеждение, центр цивилизации, что вы строите, должен находиться в Европе.