Ведун поневоле

Не смотря на длительное отсутствие тренировок и крупные габариты, Ярослав все так же подвижен, точен и резок в движениях.

Все это сын, будто бы скопировал от отца, подражая ему в каждодневной суете и всячески стараясь быть подле него в любом ремесле и труде.

Наши отцы дружили. Им было, что рассказать и поведать друг другу из ратного прошлого, но я и Ждан долгое время оставались непримиримыми врагами, чью ненависть друг к другу усугубил весенний случай, изменивший и мое восприятие шепота.

В тот ясный, майский день, когда солнце светит с такой силой, что больно смотреть на подрастающую, зеленую траву, отражающую утренней росой ярчайшие лучи с небес, я шел домой, стараясь не измарать лаптей в грязной жиже улицы.

Развлекаясь дорогой, я старался складно и ладно воспеть столь примечательный денек, совершенно забывшись в окружающем мире, полном голосов птиц и шелеста свежей листвы.

Осторожно ступая по траве, внимательно рассматривая почву под собой, я не заметил, как уткнулся головой в человека, которого наименьше всего бы желал встретить.

Ждан стоял, крепко расставив босые, грязные ноги, скрестив руки на груди. Вокруг него, словно свора собак, вокруг крепкого вожака, вились его сверстники, предвкушая предстоящую забаву.

– Снова ты? – спросил меня противник, сквозь плотно сжатие, большие лепешки губ, – разве я тебе не говорил ходить околицами?

– Ждан, я… – мне не хотелось драки, но я понимал, что все мои доводы разобьются о его желание крови, – я просто…

– Что просто? Что ты себе под нос бубнил, скоромох? Молился, чтобы не встретились?

– Нет, Ждан, – я слегка отступил назад, готовый к неравной драке, – тебе не понять, скудоум.

– Пугать вздумал? – глаза Ждана сузились, и он сделал шаг вперед, но слава старого варяга мешала ему поступить более решительно, начав драку без долгих бесед – докажи делом!

И я доказал, яростно зашептав строчки, стараясь отвлечь соперника, чтобы первым ударить в крупную, веснушчатую переносицу парня.

Славен злобой, мощью Ждан,

Но сегодня будто пьян:

Нет известной силы рук

Сердца с перебоем стук

И дыхание его,

Будто хворь грызет нутро

Предо мною упади

Будто князь сам впереди!

Эффект вышел ошеломляющим. Глаза Ждана закатились под мощные надбровья, а с улыбающихся губ сорвался жалобный стон.