Соседи. Мир за стеной

Ты очень хорошо помог моему сыну, поэтому взять с тебя плату было бы проявлением свинства с моей стороны.

– Цырен, ты что? Это же моя работа, помогать детям.

– А моя работа состоит в том, чтобы переезды организовывать, Евгений Петрович. Могу себе позволить тебе помочь.

– Цырен, – немного пожевав губы, решился задать волнующий вопрос Евгений, – ты видел мужчину в квартире?

– Прошлого хозяина? – бригадир усмехнулся, – видел, а что?

– Так, ничего, – выдохнул Евгений Петрович.

– Странно, что ты видел, Женя…

– Что?

– Да так, ничего, – рассмеялся Цырен, пародируя ответ доктора, после чего ещё раз осмотрев спальню, вышел прочь.

Глава 2. Семейный совет

Саша и Костя – дети Евгения Петровича шестнадцати и четырнадцати лет, сильно расшумелись за обеденным столом, обсуждая ролик в интернете. В обычном состоянии, Орлов бы не обратил внимания на громкие реплики, за ужином, но Оксана заметила, что супруг раздражённо сморщился и постучал пальцем по столу, призывая к тишине.

– Что-то не так, дорогой?

– Нет, всё хорошо, – виновато улыбнулся Евгений, который очень любил и уважал свою жену – завуча в средней образовательной школе.

– Я же вижу.

– Давай не за столом, дорогая, хорошо?

– Как скажешь.

– Спасибо пап, спасибо мам, – ребята взвились из-за стола, намереваясь удалиться в свой угол студии, который был превращён в своеобразную комнату, отгороженный сразу несколькими шкафами.

– Вы почти ничего не поели! – возмутилась Оксана Богдановна, – я для кого старалась и всё это готовила?

И правда, в честь столь грандиозной покупки, хозяйка весь вечер провела у плиты, изготовив в духовке, целую курицу, запечённую с луком и чесноком внутри, картофельное пюре и сразу несколько салатов, среди которых всегда присутствовал горячо любимый мужем салат «Оливье».

Ребята не услышали вопрос матери или не хотели услышать. Исчезнув в проёме между шкафами, они синхронно надели наушники, и погрузились в компьютерную игру, поставленную на паузу. Вскоре, студию наполнили тихие, приглушённые звуки стрельбы и разрывов гранат.

– Костя скоро совсем посадит глаза, – покачала головой любящая мама, – его прошлые очки в минус три диоптрии, уже не компенсируют его потерю зрения.

– Это врождённое, дорогая. В шестнадцать сделаем ему операцию на глаза, а пока уговаривать его оставить игры – дело бесполезное. Мы ведь пробовали. Тогда нужно, чтобы и Саша прекратил играть. А это невозможно, учитывая его юношеский максимализм.