Любовь и измены. История первая. Художник и Дьявол

«Вдруг, упоминание о Вадиме, вызовет у него злость? Вдруг мы расскандалимся и он никуда меня не пустит? Боже мой! Хоть раз надо было бы спросить прямо: ревнует ли он меня? Теперь метаться поздно».

– … меня Саша позвала прогуляться в парк, а потом в «Надежду». Ты не против прогулки? – впервые, столь серьёзно Дарья солгала своему мужчине.

– Нет, – Роман устало улыбнулся, – я буду даже рад. В последнее время, ты очень часто сидишь дома. Поэтому я прекрасно понимаю, что тебе нужно иногда куда-нибудь сходить-развеяться.

– Чем?

– И летом и вниманием…

На этот раз, поцелуй был направлен в губы девушки, после чего, Роман, разувшись, поплёлся на кухню, где его ждал пусть и не хитрый, но тёплый ужин из полуфабрикатов.

Дарья, чувствуя себя виноватой, заварила мужчине кофе.

Хлопнув супругу по аппетитной попке в знак благодарности, Чеусов, расправившись с пельменями, проследовал в зал, к персональному компьютеру, желая только во что бы то ни стало, получить эмоциональную разрядку в недрах YouTube.

Сев в компьютерное кресло, Роман с удовольствием вытянул уставшие ноги и нажал вожделенную клавишу «пуск». Системный блок послушно зажужжал вентиляторами и замигал на корпусе световой индикацией процессов загрузки.

– Короткое платье? – сощурилась Дарья, глядя на своего усталого продавца-консультанта, – а не пожалеешь?

– Почему это я должен жалеть? – уже отрешённо спросил Роман.

– Ну, например, потому, что в парке взгляды большинства представителей сильного пола будут прикованы к моей пятой точке. Хотя бы вот почему! – пусть и немного, но подобное равнодушие мужа задело Дарью, хоть всеми силами она старалась этого не выказать.

– Ну не сглазят же они тебя, в конце концов! – с набитым печеньем ртом, ответил Роман, жадно запивая горячим напитком, – только допоздна не гуляй. А то я волнуюсь.

– Разумеется, дорогой, – хищно улыбнулась Дарья, – не маленькая.

– Денег с собой возьми больше. «Надежда» – заведение не из самых дешёвых.

– Обойдусь, Ром. Нам с Маринкой много не надо.

Злость постепенно превращалась в азарт: «ну, раз не сглазят, то я покажу себя с лучшей стороны».

С верхней полки того же шкафа в спальне, в порыве азарта, женщина достала самое короткое платье, с крупными вырезами в районе груди и спины, которое никогда не одевала ранее, опасаясь чрезмерной открытости.