25 декабря

Уберём её… и, быть может, ничего страшного не случится.

– Ты сам говорил, что катализатор всему алкоголь. Его ты чем уберёшь? Сколько дыр придётся залатать в этом случае?

– Я ненавижу алкоголь. И презираю его всем сердцем. Но… он существовал всегда. И не только в истории нашего пациента. А вообще всегда. Во всех культурах, во всех этносах и во все времена. Он фундаментален. Нет смысла с ним бороться.

– Хорошо. Уже теплее. А одна ночь? Предположим, я уберу именно её. Вместо восьми месяцев. Что случится тогда?

– Он не сойдёт с предначертанного пути.

– Почему же ты так в этом уверен?

– Потому что жизнь простого обывателя предсказуема. «Делай, что можешь, с тем, что имеешь, там, где ты есть»[5 - Цитата Теодора Рузвельта]. «Дают бери, бьют беги». Обыватели не отличаются особой «гениальностью». И широтой жестов. Они просто живут. Заводят семьи. Работают… умирают в конце концов.

– Такую судьбу ты для него присматриваешь?

– Нет. Но этого хочет он сам.

– Потому что не жизнь он себе новую подыскивает. Он сдаётся. И эти двое тебе прямо об этом и сказали.

– Я в это не верю. Сотри только одну ночь. Не забирай всё. Дальше я сам разберусь.

– Мой тебе совет. Возвращайся-ка ты лучше в архивы. Но не ищи там, где ищут эти двое. Не копайся в философии – в ней чёрт ногу сломит. Бери самое простейшее, самое очевидное. В ней ты найдёшь свои ответы. Прощай.

Безусловно, третий не мог не обратить внимания, как его визави сморщился на фразу «ненавижу алкоголь».

* * *

Из архивов, датируемых 19.03.2017:

«Расскажи, словно ночь затихает с рассветом,

И когда в облаках первый птичий косяк,

Расскажи мне о том, и ни слова об этом!

От чего же в глазах я настолько иссяк?

Почему дым редеет и в небо дугой,

Растворяет твой день, и минута, как час?

Я хочу прикоснуться, ещё раз рукой,

Лишь легонько задеть и закончить рассказ.

Мне ещё пару лет и побольше ночей,

И прошу не кричи, уходящему в даль,

Ты же вспомнишь меня, не смыкая очей,

Ведь во сне я кружу с тобой медленный вальс.

Я как бездна твоих не забытых стремлений,

И мне жаль, что я сам, утопал только в них,

За спиной столько взоров и вздохов падений,

И спустя столько дней, наконец-то затих.