Преемственность воспоминаний

Конечно, если бы под его скальпель попал кто-нибудь рангом повыше, толстощекий добряк вел бы себя деликатней. Но современная ему наука далеко шагнула вперед, и принятых мер оказалось достаточно, чтобы левый наркот оклемался в полном физиологическом здравии. За все же остальное должен был нести ответственность тот сфероид, что по мере оттаивания мозга переформировывал его принципиальную схему иным образом.

6.

Впереди посветлело, и навигатор Ахмед напряг зрение. Он услышал, как что-то еще, кроме обвала, зашевелилось на расстоянии метров тридцати от субмарины.

– Эй! – крикнул он товарищам. И те, подогреваемые интересом, захлопнули щитки наличников своих подводных комбезов. Палестинец, сделавший это еще раньше, разрушил толстый пластик лобового стекла аварийным бластером и покинул капсулу.

Судя по желтому газу, начавшему струиться с неровных стен, навигатор сообразил, что в тоннеле нет вакуума. Однако, не молекулярный состав дымка озаботил парня. Что-то снова заскрежетало впереди.

– Словно блядская преисподня… – запнулся, выбирая сравнение, капитан.

– Или зеленый член с лапками, – неприлично улыбнулась Меченная.

– Уж слишком велик, чтобы быть им… – неуверенно прошептал Ахмед.

Однако, неведомое чудовище оказалось здоровой сороконожкой. Голова гусеницы уже проникла внутрь пещеры и потянулась в сторону людей, выхвативших ее из темноты микропрожекторами скафандров.

На свету челюсти хищной твари задвигались еще проворней. Острые продолжения изумрудных десен заклацкали в предвкушении обеда.

Ядвига сдавила сэнсор парализатора, но невидимый луч на гусеницу не оказал никакого воздействия.

– Ну, … – начал было Генри, нащупывая через карман сэнсор имплантированного в его колено вибромолота. Коснувшись пальцем маленькой кнопки, кэп превратил морду уродливого создания в месиво ядовитой слизи. Что-то гадко забулькало и внутри чужого существа, разрушаемого дополнительной очередью ударов.

Минуту спустя дерьма, закрывавшего выход, не стало. Под ногами победителей протекла кислятина его нутра. Скорчив презрительные мины, пираты решительно направились к освобожденному проходу.

Картина, открывшаяся пришельцам у края тоннеля, показалась им совершенно нелепой. Обширная пещера, внутри которой мельтешили огромные муравьи, подгоняемые жгучими плевками других сороконожек, раскинулась впереди.