Кель и Джил. Тайны древних

После этого юноша попытался сполоснуть морковину из фляги, но сразу же осознал, насколько затратным в плане воды выйдет это мероприятие. Поэтому он решил, что получится проще и быстрее просто счистить её верхний, покрытый комьями земли, слой ножом, к чему немедленно и приступил. Лезвие настолько легко вонзалось в морковную мякоть, и без особых усилий проходило насквозь от начала до кончика, что Кель подметил про себя, что Джил, судя по всему, настолько любила все свои колюще-режущие предметы, даже бытовые, что ухаживала за ними с особой тщательностью, и всегда держала идеально наточенными.

Закончив, он положил нож обратно на их импровизированный стол, и принялся грызть чистый, хоть и изрядно потерявший в массе корнеплод, мечтательно уставившись на кроны деревьев.

Джил, тем временем, достала из рюкзака свою собственную флягу, положила её на стол, а затем вытащила небольшой, но высокий и пузатый котелок, поставила его на землю, вылила в него немного воды, и начала по очереди полоскать овощи. На вопросительный взгляд лекаря, артистка ответила:

– Воду надо экономить.

Юноша скривился и уточнил, но как-то неуверенно:

– Ну, первые несколько штук действительно станут чище, а по остальным ты только размажешь грязь, и она из видимой превратиться в невидимую, и создаст ложное чувство безопасности.

Девушка лишь проворчала:

– Уж лучше так, чем никак.

Наблюдая за процессом, Кель решился осторожно спросить:

– Слушай, Джил, а у тебя самой-то есть какая-нибудь… мечта? – Он сделал особый, возвышенный акцент на последнем слове.

Не отвлекаясь от возни с продуктами, артистка усмехнулась:

– Ты это спросил настолько странным тоном, точно одно плохо подобранное словечко – и я бы тебя за руку тяпнула. – Лекарь виновато-примирительно улыбнулся, а девушка даже не представляла, несколько верно предугадала его мысли. – Конечно же, есть. У кого её нет? А ты это вообще к чему?

– Ну, – Юноша самую малость замялся, стараясь придумать, как выразить свою мысль так, чтобы её не приняли за укор или обвинение в мелочности и меркантильности, и снова не отослали куда подальше, – просто, как только ты услыхала, что для строительства храма использовали золото, ты тут же согласилась отправиться со мной в путешествие.

Кель в очередной раз запнулся, чтобы продумать свою дальнейшую речь.