В пятнице 13 судеб. Роман о демонах в Раю. Книга первая

Сотни голодных, разъярённых змей вылетели из четырёх катапульт и пали смертельным дождём на два отряда. Их нападение оказалось стремительным и эффективным – оба отряда были пропитаны паникой, большинство покусаны и корчились на земле.

Пока оставшиеся в живых воины пришли в себя, все всадники лежали на земле со стрелами в груди. Люди Мирослава добили выживших из пешего отряда и осторожно вышли на дорогу.

Бой длился четыре минуты, ни один боец из отряда Мирослава не пострадал. Никому не пришлось вытаскивать свой меч из ножен, все враги убиты стрелами и змеями, что, почуяв свободу, уже расползались по лесу.

«Царь хотел озолотить себя в который раз, но я вновь обвёл его вокруг пальца!», – злорадствовал в мыслях Мирослав, уверенно подходя к обозу. Дурачить врага это, как дышать без горечи. Смахнул рукою занавес и заглянул в него, и на лице, сразу же, объявились удивление и непонимание увиденного.

Велемиру стало любопытно, что же он увидел, раз таким стало его лицо. Не роняя слов, подошёл к своему брату, и заглянул в обоз.

В обозе сидела пленённая княжна или, быть может, принцесса далёкой страны, судя по её богатым и необычным одеяниям. Волосы густые и чёрные, глаза карие, большие и выразительные, загорелое лицо и бархатные губы, а её нежные руки были связаны и умоляли их освободить.

Золота в обозе не было – ни монеты, ни камешка.

Её имя Африн. Девушка, и правда, оказалась принцессой далёкой, южной страны. Она была похищена во время захвата её родного города и стала трофеем для царя. По сути, у неё больше не было дома, и идти ей не куда. Всё это она рассказала по дороге в деревню. Мирослав настоял, чтобы она пошла с ними, хоть и понимал, что рискует всеми, кого знает. Велемир не стал возражать, ведь в нём принцесса вызвала те же чувства, что и в его брате, но брата он любил сильнее и был готов уступить ему эту необыкновенную девушку.

Первое время они прятали принцессу, боясь, что царь будет искать её, но глаза князя так и не узрели её красоты, потому поиски не начинались. Князю было интересней, кто так мастерски разделался с сотней его солдат, а судьба принцессы его мало волновала, считая, что, скорее всего, она уже мертва.