Город неоновых снов

– В самом, мать его, буквальном смысле! Там же грёбаное месиво!

– Да прекрати ты уже истерику! – собеседник на том конце провода громко выругался, однако уже через мгновение смог взять себя в руки. – Так-с, малой… Давай по порядку… Ты сейчас один?

– Нет… – замялся юноша, что есть силы вцепившись пальцами в лямку на груди. – То есть сейчас да! Но… – Не успев закончить фразу, Эмис согнулся пополам и с неохотой оторвал пальцы от груди. Ладонь юноши алой перчаткой покрывал слой свежей крови.

– Какое к чёрту “но”? Где ты?! И что с товаром?!

– Я всё ещё на бирже.

– Так, успокойся и давай по порядку, Эмис. Кто за тобой идёт? И что там со сделкой?

– Соловей! Мать твою, Шустрый! Это грёбаный Соловей! – едва не срываясь на крик, зачастил юноша. – Не было никакой сделки! Я пришёл в офис Эндриксона, а тот нахрен выпотрошен, как праздничная индейка! Его внутренности разбросаны по всему кабинету, как будто… как…

Потеряв контроль над собой, юноша прислонился к стене.

– ..ец, – раздалось далёкое эхо бранящегося собеседника, но Эмису сейчас было не до разговоров. Потратив несколько секунд на то, чтобы отдышаться, юноша наконец вытер лицо и, выпрямившись, вновь прильнул ухом к телефону.

– Ты ещё тут, малой?

– Да… – запинаясь, пробормотал молодой человек. – Да…

– Значит так, спрячься там где-нибудь, а я пока наберу амбалу. Он соберёт мужиков, и мы вытащим тебя оттуда.

– Ага…

– Держись, Эмис, мы вытащим тебя.

Отключив звонок, юноша спрятал телефон в карман ветровки и едва слышно вздохнул. Слова Шустрого немного успокоили его и даже поумерили дрожь в руках, но ситуация по-прежнему была дрянной… Опершись рукой на стену, Эмис осторожно побрёл вглубь коридора, попутно подыскивая место, где бы ему удалось затаиться. Однако не успел он сделать и пары шагов, как с лестничной площадки этажом выше раздался металлический грохот.

Сердце Эмиса застыло в груди, а на лбу выступили предательские капли пота.

Осторожно покосившись назад, он с ужасом взглянул на дверь, ведущую к пожарному выходу, и, затаив дыхание, прислушался к окружению. Он до последнего надеялся, что ему послышалось, но вскоре все надежды были растоптаны глухим топотом приближающихся шагов.

Не успел Эмис опомниться, как осознал, что он вновь бежит.