На краю Бытия. Книга первая. Переплетение миров

Несколько человек в полицейской форме, торопливо продирались сквозь колючие кусты шиповника и красной смородины, стремительно приближались к глинистому берегу, где скрючившись в неестественной позе, на трупе поверженного врага, истекал кровью и старался зажать страшные раны окровавленными ладонями, обезумевший от боли Сергей.

Велесов протяжно стонал, ощущая как с каждой каплей потерянной крови, из его тела уходит тепло.

Послышался встревоженный, громкий голос скрытого прибрежными кустами мужчины.

Пусть и без репродуктора, голос был легко узнаваем. Именно этот человек, привыкший повелевать, предлагал Ринату и подельника сдаться:

– Будь осторожен, Олег! Там могут быть еще бандиты!

– Павел Сергеевич, я осторожен! Скорее ребята, скорее. Прикрывайте если что!

Упомянутый в разговоре Олег ловко проскользнул вперед по мокрой поверхности глинистой почвы, обгоняя коллег в форме, и первым вылетел на прибрежную полосу.

Сам мужчина был одет в легкую, белую майку и длинные синие бриджи, плотно сидящие на мощных ногах, на которых под бронзовой кожей гуляли бугры выпуклых мышц.

– Ого! – невольно выговорил опытный сотрудник, за годы службы привыкший ко многому, – ребята, да здесь раненый, – Панфилов вскинул пистолет, зажатый в руке, направив его на лежащие тела.

Годы выучки натренированного, натасканного офицера Министерства Государственной Безопасности, профессионализм, участие в реальных боевых действиях не позволили Надиному мужу так легко поверить в сцену с раненым, открывшуюся на берегу, выискивая в окружающей обстановке признаки возможной засады для отряда.

Наметанный, колючий взгляд черных глаз цепко прошелся по кустам смородины, и лишь убедившись в безопасности последних, офицер опустил пистолет, продолжив движение, к лежащим друг на друге телам.

Даже сквозь лютую, боль Сергей узнал приближающегося, плечистого мужчину: пусть в черных, коротко стриженых волосах белым инеем давно поселилась седина, пусть черты лица возмужали, а в движениях появилась хищная решительность и ловкость, все же это был тот повзрослевший парень на девятке, которому Надя отдала свое сердце.

Олег склонился над поверженными телами и, убедившись в отсутствии замаскированных растяжек, махнул рукой выжидающему команды Павлу Сергеевичу.

Панфилов решительно откинул тело Велесова в сторону, осматривая повреждения.