Барбарис. Конфета молодых бизнесменов

Юноша поднялся, снял шапку и уже двумя руками начал вылавливать ключи в подкладке жилетки. «Когда ж Улька зашьет этот гребанный карман?! Ну, говорил же! Просил! Или не просил? Ай, пофиг! О! Иди сюда, мой маленький! А ну… вот… поймал! Бли-и-ин!» – бормотал он себе под нос! Каждый, у кого когда-нибудь ключи падали через дырявый внутренний карман в подкладку куртки, знает, насколько сложно вытаскиваются оттуда предметы. Надо обладать сноровкой и необычайной гибкостью, чтобы протиснуть палец, нащупать в лабиринтах внутреннего мира верхней одежды искомую вещь, ухватиться за нее и аккуратно подтянуть к отверстию в кармане.

«Давай, давай! Ну же! Вот. Есть. Ползи! Ну, по-че-му?!! Плевать! Все равно зашивать!» На лестничной клетке раздался звук рвущейся ткани, рука целиком пролезла в подкладку дутой жилетки, и через секунду Борис стоял уже со связкой ключей.

– Улька? ТЫ УЖЕ ДОМА?

– Ну, да! Привет. Ты чего такой мокрый? Бежал что ль куда?

– А ты не могла сказать, что ты уже здесь? Я полчаса у двери танцы с бубном устраиваю, ключи ищу! Просил же заштопать карман!

– Какой карман? Ничего ты не просил! Видимо, как всегда, подумал и не сказал. Я ж не экстрасенс, чтобы твои мысли угадывать. Жилетку порвал опять или штаны на попе треснули? Хе-хе.

– Да не-е-ет, во внутреннем кармане дырка.

– А где пиво?

– Ой, елки! На улице же стоит. Щас! – Борис вышел на лестничную клетку и занес запотевшие бутылки в прихожую.

– Опять «Мы видели ночь, гуляли всю ночь до утра-а-а-а?» А где вино? Я ж просила купить вино и сыра. Я не буду с вами это пойло пить из неподъемной кружки! Я и бокал уже помыла! Ты опять про меня забыл что ли?

– Уль, ну не начинай, а! Куда мне еще вино твое тащить? Руки две, ноги две, зубов 31! В чем мне тащить твое красное полусладкое?

– Вообще-то белое сухое, но это не важно, – закатила глаза Ульяна и цокнула языком от негодования.

– Ну, что, бежать за пьяным компотом? Я Суха просил, чтобы он ништяков восточных притараканил. Может, с нами пиво попьешь?

– А что он привезет? – сменив гнев на милость, спросила Ульяна и с вопросом взглянула на своего спутника.

– Не знаю. Я просил взять что-нибудь вкусненькое, орешков всяких.