Кровь и Плен

– Я понимаю, Сара, – помрачнев, отозвалась она, обращая взор на свой клинок с инкрустированным в эфес сапфиром. И вдруг тихо добавила: – Но порой я смотреть на него не могу…

Взметнув взгляд, она будто осознала, что сказала лишнего. Ларак прибавила шагу, догоняя светлого дива, идущего несколько впереди нас.

– Винсент, а ты из какого ордена? – пристала к нему подруга.

Я покачала головой. Провести бок о бок на занятиях полгода и не знать ордена даэва – как минимум невежливо. Хотя в данном случае Айвен наверняка лукавила и использовала вопрос как повод завести беседу.

Обычно Винсент вел себя тихо, не выделялся, поэтому Ларак до нынешнего момента практически с ним не говорила.

– Орден Рухх, – отодвигаясь от нее, пролепетал парень.

– Орден Рухх? – нахмурилась Айвен.

– В честь огромной птицы, обитающей на Затерянных островах. Она иногда долетает до берегов острова Рухх, – вмешалась я. Будь на месте Винсента кто-то иной, и Айвен могла бы пожалеть о своем незнании.

– Это остров у самого раскола в Серый мир? – округлила глаза Айвен и, загибая пальцы, стала перечислять: – Получается, птица Рухх, остров Рухх и орден Рухх.

– Нет, Рок. – Парень опустил взгляд, вновь смутившись. – Но это одно из малоизвестных названий птицы Рухх.

Девушка засмеялась. Ее смех пронесся по пустынной дороге.

– Айвен, – позвала я, внимательно наблюдая за подругой все это время, – пусть орден Винсента и малочислен, но они больше всех знают о мутациях монстров.

Орден Рухх существовал довольно обособленно из-за отдаленности от остальных обителей светлых. Лишь недавно их глава вошел в общий совет.

– Спасибо, – пробормотал див.

Я покачала головой. Меня не за что было благодарить.

Вскоре мы остановились на привал у дороги, поросшей сорняками. Этим путем мало пользовались, люди здесь почти не встречались, за исключением редких путников, случайно свернувших на развилку с главного тракта, и телег с провизией, что проезжали здесь примерно раз в полмесяца.

– Остальные уже, наверное, добрались, – прошептала Айвен, жуя бутерброд, который достала из своей матерчатой сумки. Ее меч небрежно лежал у ноги, прямо на пыльной земле.