Ведьмино озеро

Мне кажется ему просто не нужна дополнительная ответственность, к тому же он говорил, что у детектива опасная работа, и ребенок потом может расти без отца. Но он уже давно не детектив, а их начальник, и я прекрасно знаю, что он теперь выслеживает только молоденьких девиц, а опасность может поджидать его только дома, от ревнивой жены. Только я не ревнивая, или просто не люблю его. Но ты все равно, не спеши. Живи у нас, а время покажет, как быть.

Ханна улыбнулась и встав из-за стола, подошла и обняла подругу.

– Спасибо! А теперь иди к своим, я все уберу.

Лиза одобрительно кивнула и даже не стала сопротивляться, она сегодня очень устала и побрела в комнату, где играли Майк и дети. Они строили замок из деревянных кубиков, Лиза подошла сзади мужа и обняв его, села рядом. Майк от нежных объятий расплылся в улыбке и нежно поцеловал супругу в губы. Этим вечером они нашли в друг друге то, что потеряли много лет назад и на затухающие угли подул легкий ветерок, разжигающий маленькое пламя.

Ханна легла поздно. Сегодня она не могла уснуть. К ней подкрались сомнения, она размышляла, нужно ли ехать на поиски Алекса, или это просто глупая детская фантазия о сказочном принце. Он мог хотя бы в письме, что-то объяснить, про что-нибудь рассказать. Что он скрывал? От чего скрывался? Много оставалось за таинственной дверью и единственный способ все узнать – это поехать по указанному адресу.

Любовных игр слепая слабость,

И нежности тупая боль,

Я весь иссяк, и мне осталось,

Напиться чистой красотой.

Сгущались тучи, ветер грозный,

Шумели травы на полях,

И я склонился к дикой розе,

Я от любви ее пропах.

За ней бежать мне нету мочи,

Рой искр безпечного огня

Меня достиг и жалил очень,

Но не убил вконец меня.

И я упал, скуля и плача,

Шипами розы ранил грудь,

Любить не можешь ты иначе,

Так отпусти и позабудь…

3.

Ханну разбудил телефонный звонок. Подняв трубку, девушка узнала знакомый голос.

– Как ты меня нашел? – спросила она. – Кто дал тебе мой новый номер.

– Ты забыла, где я работаю. – грозно кричал полковник. – Зачем ты это сделала?

– Я же не виновата, что ты не пускаешь меня в собственный дом. А у меня там необходимые мне вещи.