Радиоактивная война

Значит, не стоит и пытаться, лучше их потратить на изучение городской типографии. Но это лучше делать в светлое время суток, а то рискую нарваться».

Появился официант, держа на подносе перед собой большой фужер, на треть наполненный алым томатным соком, над которым главенствовал прозрачный слой охлажденной водки. На самом верху зеленой метелкой торчал стебель сельдерея.

– Душевно, – удивленно хмыкнул Кольцов, но насладиться напитком не успел.

– У вас свободно? – фраза прозвучала на довольно неплохом английском.

Пухлые губы, большие глаза с азартным блеском, молочно-шоколадная кожа, расшитое золотом платье, ажурные чулки и алые туфли на каблуках-шпильках притягивали взгляды мужчин. Весь вид девушки, что называется, кричал об удовольствиях платной любви. Девица вполне могла оказаться путаной, если бы не настораживал один нюанс.

Кольцов уже видел креолку в холле гостиницы, это она прикрывалась свежим номером «Дейли Телеграф», как большим щитом крестоносца, но вот скрыть алые туфельки не удалось. А опытный глаз сыщика зафиксировал эту деталь. Из этого можно было сделать один, но довольно серьезный вывод: девица оказалась на этой открытой площадке не случайно. Она явно «пасла» детектива.

– Конечно, присаживайтесь, – мило улыбнулся Глеб, проворно вскочил и отодвинул пластиковое кресло, помогая девушке присесть.

– Разрешите вас угостить, мадмуазель? – по-прежнему улыбаясь, предложил Кольцов, не спуская с девушки восторженного взгляда.

– Я не против. Только из всех напитков отдаю предпочтение шампанскому. Французскому шампанскому, – подчеркнула креолка.

– Великолепный вкус, – Глеб поднял вверх руку и, щелкнув пальцами, громко объявил: – Гарсон, даме бокал «Дом Периньон».

Спустя минуту бокал с охлажденным шампанским оказался на столе. Девица подняла его, держа двумя пальчиками за тонкую ножку.

– За неожиданное знакомство, кстати, меня зовут Барбара.

– Глеб, – коротко представился сыщик, поднимая свой бокал. – Вы неплохо говорите по-английски.

– Вы тоже, – звонким колокольчиком отозвалась девушка, пригубливая благородный напиток. – Я местная, хотя европейской крови во мне течет две трети против одной трети африканской.