Пустые надежды

Все вокруг ненавидят её, потому что думают, что она виновна в исчезновении мужа и поэтому ей постоянно приходится доказывать свою власть, отнимая жизни и проливая кровь. Прекрасный сон развеялся, и перед Энганой предстала бездонная черная пропасть горя и тоски, грозившаяся поглотить женщину целиком. Ноги подогнулись, и сознание покинуло королеву. Белетор едва успел подхватить свою мать и передал её подбегающим слугам.

– Кто отпустил её во время приступа? – он грозно оглядел дрожащих мужчин и женщин.

– С.. с ней все было в порядке… – еле слышно прошептала Киреба. – Она вышла в сад и отправила меня восвояси. А когда я услышала, что она зовет Его покойное Величество, то сразу отправилась искать Вас, но она уже пришла сюда…

На площадке показался взволнованный Ресетор, младший сын Энганы.

– Что здесь случилось? У матери снова был приступ? – он подбежал к слугам и торопливо взял женщину за запястье.

Юноша повернулся к брату. В его глазах читалось искреннее беспокойство.

– Она опять приняла тебя за Арториаса?

– Третий раз за последние пару недель, – вздохнул Белетор и тут же грозно прикрикнул на слуг. – А эти бездельники снова упустили её! Если бы королева пострадала, я бы не обошелся тем, что просто выгнал бы их всех на улицу!

Слуги поспешили перенести королеву, а братья остались вдвоём, желая обсудить произошедшее.

– Необходимо, чтобы рядом с ней всегда был врач, – Ресетор облокотился на стену дворца, и опустился на выложенную плиткой дорожку. – И слуги больше не должны вот так просто отпускать её одну.

– Ты же знаешь, брат, мать не терпит рядом с собой даже слуг, что уж говорить о врачах. А если не делать так, как она говорит – вспышка гнева неизбежна, – легкомысленно пожал плечами Белетор.

Его младший брат рассеянно покачал головой. Королеве становилось все хуже, и молитвы – это явно не то, что может ей помочь.

– Я пойду в библиотеку, постараюсь найти что-нибудь полезное. А ты поднимись, проверь как там мать – на тебя она по крайней мере не накричит, если уже очнулась, – Ресетор печально улыбнулся, и братья разошлись, оставив невысказанный вопрос витать в воздухе.