Пустые надежды

Аластор щедро обработал раны пострадавшего медицинской водой, а Ребекка к этому моменту вынула из сумки иглу и вдела в нее нить.

– Ну что ж, приступим, – бодро заявила она и игла стремительно замелькала, превращая глубокие рваные раны в аккуратные линии швов. Рабочие завороженно смотрели на ловкие руки Ребекки и вроде бы даже забыли о своём недовольстве.

Аластор в это время смиренно готовил бинты, обрабатывая их медицинской водой и периодически сам прикладываясь к фляжке, чтобы унять дрожь в руках. Спустя час нога Генри была окончательно заштопана и забинтована.

Опасность отступила, так что Аластор с Ребеккой собрали вещи и отправились в сторону её дома, не забыв огласить друзьям Генри цену за спасение его жизни. Услышав сумму, лесорубы начали гневно переговариваться, но целительница с вынужденным помощником уже покинули их.

– Не думаешь, что тебе стоит быть более сдержанной? Они ведь могут быть опасны, – после живительной фляжки Аластор чувствовал себя значительно спокойнее и снова завел вечный спор.

Каждый раз, когда ему приходилось работать с пациентами под началом Ребекки, мужчина удивлялся её неумению или нежеланию проявлять хоть какую-то малость сострадания.

– Ты же знаешь, я так не могу, – улыбнулась Ребекка и раскинула руки. – Мне плевать, что они думают. Я делаю свою работу так, как считаю нужным.

– И делаешь лучше всех, – согласился Аластор, не желая в очередной раз приводить аргументы, которые его собеседница в очередной раз проигнорирует.

Он потряс фляжку с медицинской водой, которой после операции осталось не так уж и много, и далеко не вся ушла на обработку ран и бинтов, и бросил косой взгляд на девушку.

– Но все же. Даже мне – человеку, знающему тебя, наверное, лучше всех остальных жителей деревни, иногда не по себе.

Ребекка от души рассмеялась, и этот смех глубоко отозвался в сердце мужчины.

– Так ты, значит, знаток моей души? Наверное, консультации даешь, как лучше обратиться к хохочущей ведьме?

– Ну хватит, я не это имел в виду! – деревья поредели и расступились, Аластор с Ребеккой вышли к её дому.

– Я знаю, просто ты смешно злишься. Ну что, зайдешь на чай? – Ребекка смотрела на него со своим вечно хитрым прищуром, но в этот раз в её глазах как будто было что-то ещё.

– Я бы не отказался, но… – Аластор взглянул на небо.

Было уже далеко за полдень, а значит Герел вернулся от комиссара и встретил лесорубов, несущих Генри домой с перебинтованной ногой.