Из пепла

Со страхом и странной примесью отчаянной надежды жители Сантии ждали зимы. Эпидемии часто отступают под натиском морозов, но многие ли смогут пережить зиму, даже если болезнь уйдёт?

Одаренный оглядел улицу: выбитые окна, висящие на одной петле двери и черные балки сгоревших крыш – всё говорило о тяжёлых временах. Город постепенно сдавался под натиском упадка, и оставшиеся жители были не в силах ему противостоять. Ярко выделялся на фоне безраздельного упадка и разрухи лишь дворец старейшины Совета Алхимиков: как и всегда безупречно чистый, ухоженный и до тошноты роскошный.

– Самодовольный старикан! – король вихрем вскочил в седло и направил коня во дворец.

Он злился на алхимиков, готовых жертвовать людьми ради своих принципов, злился лично на Виндиция, который неведомым образом смог разнюхать в чём заключается сила Морканта и раздобыл защитный эликсир, но больше всего он злился на самого себя.

Моркант получил власть от своего отца в период, когда Сантия вступала в эпоху расцвета. Леонард обучил своего сына всему, что знал сам, потратил баснословную сумму денег на учителей.

Моркант никак не реагировал на такие слухи, попытки их подавить лишь разожгли бы пламя интереса ещё сильнее, так что он довольствовался тем, что нагнетал вокруг себя как можно больше таинственности.

И один из слухов таки был правдой. Леонард действительно нанял Одаренного для обучения сына, но у короля не было выбора: Моркант оказался связан с Тенью, и мальчика необходимо было обучить контролю.

Дюжина всадников – всё, что осталось от личной охраны Морканта, безмолвно следовали за своим поникшим королем и цокот копыт далеко разносился по затихшим улицам, словно отмеряя секунды, оставшиеся у жителей города до неминуемой гибели.

Антик пострадал от эпидемии сильнее других городов Сантии – этому поспособствовали как бродячие торговцы, снующие между городами, надеясь выхватить дополнительную прибыль, так и искатели лучшей доли, которые всегда стремились в столицу неиссякаемым потоком, в этот раз ставшим одной из причин её падения.

При этом, несмотря на невероятную заразность в Сантии, Бледная Погибель будто бы не стремилась собирать урожай невинных душ в других странах.