Из пепла

Телохранитель короля обнажил клинок и одним ударом располосовал Каламиаса Дея. Тот успел только вскрикнуть, когда лезвие перебило ему позвоночник. Кровь пропитала темные одежды и бездыханное тело рухнуло на пол библиотеки.

Миг оцепенения, вызванный предательством Катаира, прошёл, и оставшиеся в живых убийцы начали движение. Но за этот короткий миг расклад сил кардинально изменился. Моркант больше не дрожал, а на его губах играла жестокая ухмылка.

Двое убийц, вращая клинками, наступали на Катаира, в то время как третий решил напасть на «беззащитного» короля.

Заговорщик нанес колющий удар кинжалом, надеясь пронзить грудь Морканта, но тот неожиданно пришел в движение и уклонился от удара.

«Слишком медленно».

Нити, протянувшиеся от Одаренного к его покорному слуге, не только позволяли контролировать поведение несчастного Катаира, но и давали Морканту возможность позаимствовать у него часть воинского искусства.

Сияющие синим огнем глаза, не моргая, смотрели в лицо наемника, в то время как лезвие клинка описывало в воздухе сложные узоры.

Убийца не решался напасть, пытаясь выгадать удачный момент, когда в защите Морканта появится брешь.

«Похвальная осмотрительность, но, к сожалению, бесполезная».

Кинжал вдруг разорвал узор, нарушив завораживающую геометрию движений, его лезвие рассекло убийце горло и тот упал, хрипя и обильно орошая кровью дорогой ковёр.

Катаир тоже не терял время зря. Сделав обманный финт клинком, он могучим ударом обезоружил одного из убийц и послал его в нокаут своим громадным кулаком.

Хруст костей сменился глухим ударом, когда мужчина врезался в стену и повалился на пол, подобно мешку с репой.

Два клинка встретились, высекая искры, и последний оставшийся на ногах убийца сделал шаг назад. В горячке боя тряпки на его лице сползли, и перед Моркантом предстал Ремус Эоган, сын Алвиана Эогана, главы рода Эоган.

Глаза молодого мужчины выпучились, а по лицу стекали ручейки пота. В нём больше не было высокомерия, которым, Моркант готов был поспорить, сочились эти жалкие заговорщики, когда только вошли в библиотеку.

«Они посмели думать, будто король Сантии позволит зарезать себя в собственном дворце?!»

– Это будет великая потеря для гордого рода Эоган, – ядовито усмехнулся Моркант, видя, как Катаир теснит мужчину к стене.

Неудачливый убийца пропустил несколько ударов, а его движения становились все медленней и неуверенней.