Метагенет. САДУМ

А потом до нее внезапно дошло, что вот внешность мага хоть и мельче ее самой – такой разновидности Разумных она, зная их все, местные, наперечет – не знает. Как, собственно, и его способностей. А потому – драться с наскоку с таким магом она бы и раньше не стала. Собрала бы все про него, подготовилась, а потом… убила бы. Через телепорт, когда не ждут. Это только в сказках что маги, что магессы, как высшее общество – какать не ходят. А за жопу такого схвати – сам копыта и откинет, со страху навалив больше имеющегося.

А для нее, как мага-телепортера с уникальными навыками – она просто Бизнес. И потому…

– Ничего личного. – Выкрикнула якобы в сторону Фенека, и прыгнула на пределе скорости тренированных мышц. Полностью отдавшись Ярости Боя. И, как она понимала – явно Последнего для нее. Но обида на Богиню все еще была где-то внутри, хоть они и не особо и до этого ладили. Делить то нечего – Силы к нее свои.

Прыгнула, полоснула когтями… и снова упала плашмя.

Пахнуло такой родной ей телепортацией. И Фенека, уже совсем потеряв себя от несправедливости бытия, начала нападать совсем несистемно, лишь завидев хоть часть тела или одежды противника, хоть краем глаза.

И продолжалось бы это долго, не смотря на усталость, если бы после одного единственного укола куда-то в район спины от мага, которому явно надоело «играться» – она просто не свалилась бы, парализованная везде, кроме глаз и… голоса.

Маг заговорил:

– Еще одна головная боль в мою, итак перенаселенную, и потому – перегруженную, голову. Но я искал именно тебя, так что смирись со своей участью, Фенека, Царица Северного Леса. А на Машку не гони – она все правильно делала, слушая, а главное, запоминая и принимая, правильные советы. От более опытного в таких делах, товарища по несчастью – быть Богом. Меня, кстати Аллен зовут, и я… тебя купил.

Последнее маг сказал с особой интонацией, явно вкладывая не только озвученные, и не раз, во всеуслышание – ее амбиции. Но и явно – более высокий смысл.

О котором Фенека, будучи от рождения, по сути, одна – никогда, и никому не говорила. Даже себе, даже в молитвах. Помнила, и все. Чтоб не гневать Хозяйку. И потому не трогала никогда ни Храмовников, ни Сферы из стекла. Чтоб не спалиться.