Истребитель

Увидев, как подбегают остальные псы, чтобы повиснуть на нем всей стаей, он сделал единственно верную вещь. Не обращая внимания на боль в руке, он зажал приклад под мышкой и открыл веерный огонь от бедра.

Точность была крайне низкой. Но он, черт возьми, был снайпером, а не штурмовиком. И хотя они ради интереса научились стрелять хоть ногами, это было экстремально. Длинная очередь срезала трех псов еще тогда, когда они только начали бежать, еще двух в прыжке. Но вожак не отставал, он тянул вниз, упираясь лапами, старался закусить как можно больше, сжать сильнее.

И еще шесть псов неслись на подмогу.

Саша понимал: у него просто не хватит ни сил, ни времени. Битва была проиграна еще до того, как началась, и они – враги, противники – понимали это с самого начала. Умные твари. Они не учли лишь одного. У него не было времени смотреть, какие последствия будут, если он прямо сейчас сделает то, что собирался. Но это была именно та ситуация, экстремальная.

Силач! За большую часть дня адреналин успел накопиться в достаточном количестве.

Сердце застучало, неся мышцам естественный допинг. Взмахнув рукой, вместе с прицепившимся к ней вожаком, он сбил нескольких псов. Хронос! Время замедляется… замедляется… начинает течь, как густой кисель. Он, в жуткой замедленной сьемке, наводит автомат. Выстрел! Выстрел. Выстрел…

Осталось еще двое, но время предательски начинает бежать быстрее. Зажав спусковой крючок, Саша ведет автоматом, слыша, как выстрелы из редких начинают сливаться в одну оглушительную очередь.

Пули вгрызаются в плоть, выбивая из нее фонтанчики крови. Последний пес, оглядевшись, со всех сил дал деру, мгновенно скрываясь в проулке.

Хорошо. Черт, как хорошо, что он сбежал. Ведь магазин пуст. Взглянув в глаза вожаку, Саша увидел, как пес затравленно озирается по сторонам, вероятно, пытаясь осознать, каким образом его боевая стая могла проиграть одному единственному человеку. Но зубов он не расцепил.

Уронив автомат, Александр достал из-за пояса длинный нож и медленно, чтобы пес видел, поднес лезвие к прижатым к голове ушам вожака.

Тот все понял и жутко зарычал, не оставляя лейтенанту выбора. Саша резко ударил, рассекая кость и врезаясь ножом в мозг. Вожак умер мгновенно, так и не разжав челюсти.

Лейтенант без сил опустился на асфальт, залитый кровью и лимфой. Некоторые из поверженных собак пытались уползти прочь. Мужчины, сопровождающие их в поездке, только подошли. И Саша понял: вся битва заняла не больше тридцати секунд.