Божественная бездна

 – Если бы мы знали способ, давно бы ушли. У нас столько сил, что мы можем перекинуть тебя через стену или размозжить кулаком череп в стальном доспехе. Но отсюда есть только один путь – вниз, в Бездну. А оттуда еще никто никогда не возвращался.

Путь наверх отрезан барьером. Отдалишься на полтора километра – и тебя одернут за ошейник. Все оружие зачаровано так, чтобы не покидать ямы, а инструменты не дадут тебе уйти со склона пропасти рядом с нашей выработкой. У каждого стражника есть управляющее кольцо. Если у тебя нет магии, ты не можешь выжить в этом мире.

Только ей можно вытащить душу из ошейника. Ты, как и все здесь, застрял в круге.

– В круге?

– Не понимаешь? Ладно. Присмотрись внимательнее, – ткнул толстым пальцем в толпу стоящих за едой огр. – Помнишь вчерашнее утро? Видишь?

– Не понимаю, о чем ты, все то же самое, что и вчера, – не думая, произнес я, но стоило присмотреться к толпе, как по коже пробежали мурашки. Те же люди на тех же местах. Те же разговоры, шутки, ужимки и ругань на плохую еду.

Слово в слово. Менялись лишь те группы, где кто-то погиб. – Твою мать. Круг.

– А татуированная девчушка догадалась сама, – усмехнулся огр одной из пастей. – Каждый, кто не побеждает на арене и не получает магического пайка, полностью забывает прожитый день, кроме самого первого. Они крутятся на одном месте, вынужденные раз за разом повторять свои действия. Никаких заговоров, никаких бунтов. Горстка победителей из ямы, которая не может сравниться с охраной по силе.

– А как же ты, вчера тебя не было в яме?

– У меня свое проклятье.

Нас двое, хоть мы и делим тело и душу на двоих. Потому, независимо от того сражаюсь или нет, я помню все. Добываю руду – столько, сколько нужно для выживания. Но… как же мне все это надоело, – ударил с досадой по камню огр. – Возможно, пришло время покончить с этим, просто сделав шаг в Бездну.

– Но зачем они оставляют память победителям? Это же потенциальная угроза, они могут накапливать опыт, учиться, высматривать слабые места обороны.

– А нет их. Этому месту уже тысяча лет. По крайней мере, так говорил предыдущий чемпион помнящих. Мы все здесь вещи. Кирки, молотки, ложки и кастрюли. А те, кто сражается, – оружие. Клинки, молоты и копья. В яме они перековываются, становясь крепче, острее, безжалостнее и быстрее. А тех, кто достиг совершенства, продают героям и кандидатам в качестве убийц и телохранителей. Увозят в замок распорядителя.

– Твари. Уроды. – Меня, подавляя волю, сковало бессилие.