Девочка из шара

Она вдруг задумалась и замолчала. Но ненадолго.

– Я вот думаю, что чужаки специально занесли мне эту инфекцию во время опытов… – тихо сказала она.

– Кто? Повтори, я не расслышал.

– Чужаки. Я часто их вижу. Они словно ожившие тени – такие же темные и безликие.

«Та-ак, началось, – подумал я. – Наверное, зря я с ней заговорил. Надо было сидеть и помалкивать в тряпочку, а теперь не отвяжешься».

– Чужаки приходят по ночам, – с умным видом пояснила Ксюха.

И тут, наверное, сам черт дернул меня за язык:

– А как эти чужаки выглядят?

Ксюха посмотрел на меня осуждающе:

– Какой же ты невнимательный, Проныра.

Я ж сказала, что они похожи на тени. Ты что, не в курсе, на что похожа тень?

– В курсе.

– Я, знаю, о чем ты сейчас думаешь: «Совсем Ксюша умом тронулась, вот и мерещится ей всякая чертовщина».

«Вот именно!» – мысленно согласился я с такой интерпретацией.

– А я не тронулась. Я их по-настоящему видела, вот так, как тебя сейчас.

Я молчал, ожидая пояснений.

– Чужаки приходят по ночам, – повторила она. – Дверь у меня закрыта, но они все равно как-то просачиваются. Потом обездвиживают меня уколом и ставят надо мной свои жуткие опыты.

– Какие еще опыты? – вырвалось у меня.

– Жуткие и очень болезненные, – туманно ответила Ксюха. – В такие моменты мне хочется кричать от боли, но я не могу издать и звука. Иногда я даже теряю сознание от этих пыток. А утром просыпаюсь как ни в чем не бывало.

«Вот это жесть!» – вздрогнув, подумал я.

Когда я лежал в психушке, повидал сумасшедших всех мастей. Кто-то из них получал сигналы из космоса; кто-то до смерти боялся микробов и скоблил себя мочалкой, пока не сойдет кожа; другие могли днями напролет неподвижно сидеть, уставившись в стену. А были и те, которые наотрез отказывались посещать туалет, так как все толчки, по их словам, заминированы террористами. Несмотря на все чудачества, большинство этих ребят были вполне себе безобидными, но им требовалось должное лечение.

А наша Ксюха наотрез отказывалась пить таблетки, прописанные Мирой, или побеседовать с капелланом, который выполнял еще и функции психолога. И не было на нее никакой управы. И уволить ее не могли из-за невозможности заменить столь ценного сотрудника.

А ведь с такими вещами не шутят! Ведь то, что я сегодня услышал, – это уже не звоночек, это натурально колокольный звон.