Эмансипация разума. История длиною в смерть

Слегка отворив дверь, он начал прислушиваться, пытаясь понять, есть ли кто по ту сторону. Не услышав вблизи никаких звуков, мы проникли внутрь.

– Проходи, – прошептал он. – А теперь аккуратно прикрыть дверь, чтобы она не заскрипела.

Мрак, в который погрузилась комната, полностью захлестнул её, не позволяя что-либо различить в сплошной чёрной пелене. Постепенно глаза стали привыкать, улавливая слабое отражение лунного света об поверхность предметов, аккуратно рассортированных по большому гостиному помещению.

– Детская на втором этаже. Ты иди на кухню. Она, скорей всего, там. Я скоро к вам присоединюсь, – чуть тише обычного прошептал Том.

Подождав пару секунд, он, всматриваясь в неоскверненный светом пол, направился в коридор, трепетно переступая, через мерещащиеся в темноте препятствия. Его темный силуэт освещался слабым светом, исходящим из кухни, тем самым делая из него призрака, блуждающего по дому, когда его обитатели тихо спят.

Я стоял на коленях, прижавшись к спинке мягкого дивана, вцепившись одной рукой в него, а другой изо всей силы сжимая пистолет, отчего кисть стала жутко болеть. Я решительно смотрел на свет, стараясь настроиться на предстоящую игру. Через минуту я должен ворваться в безмятежный мир кухни, где жена этого бизнесмена или банкира сидела за столом, поедая заказанную вечером пиццу с колбасой и ананасом, или просто смотря любимую передачу про то, как шесть человек, в основном женщин, осуждая пришедшего с проблемой героя, выставляют себя на посмешище перед всей страной.

Я посмотрел на пистолет, представляя, как буду направлять его на цель, при этом спокойным и уверенным голосом произносить вгоняющие жертву в отчаяния слова, дающие ей понять, что со мной лучше не спорить, а просто подчиняться всем предоставленным мной требованиям.

– Я смогу, смогу, – пытаясь убедить самого себя в своих силах, шептал я. – Главное – не паникуй.

Я обеими руками схватился за рукоятку, медленно вставая, но ни на секунду не отводя взгляд от коридора.

Шаг за шагом я потихоньку стал продвигаться вперед, прислушиваясь к звукам, доносившимся до моих ушей. И чем ближе я приближался к кухне, тем громче становились звуки.