Операция «Империал»

Оболенцев вернул бинокль деду и спросил:

– А вы знакомы с этой царицей?

Скорина так удивился, что потерял поначалу дар речи.

– Я-а? – протянул он, наконец обретя его вновь. – Да она, Тамарка, у меня еще в «Морском» с поварих начинала. Шустрая была девка, но вороватая, за ней глаз да глаз нужен был…

Он прищурился и посмотрел в бинокль на дом своей бывшей поварихи. На короткое время замолчал, видно, предался воспоминаниям. Неожиданно рассмеявшись, старик сказал:

– Помню, сколько раз за руку ее ловил, никогда меры не знала! Мясо, масло… волокла сумками неподъемными.

Скорина неожиданно развернулся и быстро, так, что Оболенцев едва за ним поспевал, вернулся обратно в беседку. Привычно, словно и не вставал из-за стола, он налил опять по полной кружке, сделал пару глотков и продолжил:

– А как Петьку, муженька ее, первым секретарем в горкоме комсомола сделали, так сразу выплыла на быстрину: сперва пирожковой ведала, потом рестораном «Грот» – это тем, что в ущелье… Налилась, сладкая стала баба, медовая… Сам Липатов на нее глаз положил.

– Кто такой Липатов? – Оболенцев притворился, что в первый раз слышит эту фамилию.

– Липатов-то? – засмеялся Скорина. – Ну, уж этого вы должны знать! – Старик опять перешел на «вы». – Наш первый секретарь царькома!

– Обкома, что ли? – переспросил Оболенцев.

– Ну! – утвердительно произнес Скорина.

– А откуда это?

– Царьком-то? – переспросил дед и отпил из кружки.

– Метко! – одобрил Оболенцев.

– Народ – он все видит!.. Недаром говорят: «От трудов праведных не построить палат каменных».

– Да уж! – кивнул головой Оболенцев. – На зарплату Борзовой такой дворец не отгрохать: трехэтажный, с медной крышей, с подземным гаражом…

Оболенцев сделал паузу, но Скорина охотно подхватил эстафету:

– …со своей котельной, сауной-баней, кухней с автоматической подачей пищи в столовую, когда все запахи остаются внизу, а наверху лишь цветы и музыка… Участок в гектар.

– Дали?

– А чего не дать? – пожал плечами старик. – Деньги платят хорошие…

– Но нетрудовые! – напомнил Оболенцев.

– А это уже ваша забота! – отшутился Скорина. – Садовник покупал, а у меня с ним войны нет.

– Мы остановились на покровительстве Липатова! – напомнил Оболенцев.