Властитель груш

Деньги мирно лежали себе под замками, последние пьяные голоса разошлись по улице в обе стороны – в кабаке напротив сейчас только парочка безработных выпивох при средствах. Единственная лампа с паршивым маслом лениво разгоняла тьму в комнатушке и рисовала длинные тени за парой сундуков и башмаком, свалившимся на бок.

Ещё одна тень накрыла Готфрида с головой.

– Уже уходишь?

– Ухожу, – буркнула Эрна и потянулась к своей застиранной рубахе.

Что бы ни болтали в Саду, какие-никакие женские принадлежности у неё имелись, и их даже не слишком обезображивали мускулы и пять шрамов на теле.

Такая коллекция даже у статуи разожжёт любопытство. Неудивительно, что разгуливать голышом она не любила.

– Старик велел кое-куда сбегать утром… И Бёльс меня задери, если я больше скажу. Есть зеркало?

– Нету. Можешь в таз с водой поглядеться.

– Ц-ц-ц, – мечница покачала головой, – что за убогий дом? А я думала, у меня богатый поклонник!

– Это не дом. Это контора.

«Дом» – слишком громкое название для места, где спишь, хранишь деньги и оружие, плетёшь заговоры и планируешь держать оборону в случае чего. В своей конторе напротив своего кабака в окружении домиков с людьми, подкормленными и подпоенными на свои деньги, Готфрид чувствовал себя почти спокойно и по-домашнему, но только почти. «Дом» остался позади, в Хафелене.

– Это правда, что ты служила в императорском специальном отряде?

– А ты и в голову мне залезть хочешь? – Эрна фыркнула и постучала пальцем по рассечёному лбу. – У кого же такие идеи в башке родятся?

– У людей, – Гёц пожал плечами. – Тут слушок, там слушок.

– Ох уж эти слушки, – проворчала женщина, ступила на пол и оглянулась. – А ещё у нас в городе болтают, что я сплю со Стариком. Или с Карлом. Или с тобой.

Она скорчила страшную гримасу и босиком прошлёпала к кувшину с водой. Как ни прискорбно, очарования Короля Треф ни за что не хватит, чтобы ночью она зашла в Палаццо Даголо и перерезала глотки хозяевам. И уж её-то матушкина цепочка впечатлит менее всего.

На такой прелестный исход Готфрид, правда, и не рассчитывал. Почти. Приятное без полезного – деньги на ветер.