Властитель груш

Его взгляд зацепился за кувшин с вином – только сейчас он вспомнил, что не пил с самого утра, а меж тем внутреннее пламя неплохо сушило глотку. Он пересёк зал, бросил свою шляпу рядом на стол с отцовской и плюхнулся по правую руку от него.

– А я б откусила от этого дракона! – заметила Эрна, внимательно рассматривая шляпный парад.

Стянув со стриженной головы берет со скромным белым пёрышком, она аккуратно примостила его рядом с вычурными южными уборами и с довольной гримасой примостилась слева от барона.

Лукаво улыбаясь, он протянул ей ломоть тёмного мяса со слоем жирка и зажаренной до хруста шкуркой в пупырышках, а затем повернул голову к сыну.

– Ты навестил наше место в Красильном Углу?

– Угу, – промычал Карл, глотая вино; он поставил полупустой кубок на стол и добавил через мгновение: – Там по-прежнему кошмарно. И никто ничего не спёр, просто один из людей Лелеотто идиот, красильщики его обсчитали. Хочешь знать, что мы с ним сделали?

– М-м… – многозначительно протянул барон, пережёвывая мясо.

 – Да нет, мне плевать. Просто скажи, всё ли схвачено?

– У Лелеотто – всё схвачено.

– А не у Лелеотто?

В отцовских глазищах читалось трезвое и осмысленное внимание. Самый подходящий момент, чтобы сказать. Карл покосился на телохранителя; тот ответил по-детски невинным взглядом. Ну, нет, уж этот точно не растреплет.

– Меня беспокоит Гёц Шульц.

– Ох. Да ну? Что он такого сделал? Вломил вчера Курту и хвост распустил? Так он же наш долбаный чемпион! Надо уважить его триумф.

Или ты… – Отец демонстративно повернул голову к Эрне, медленно осмотрел её от шрама на лбу до груди, едва угадывавшейся за бычьим колетом, затем снова уставился на Карла. – О, нет, только не говори, что вы из-за неё сцепились!

Женщина зашлась смехом и поперхнулась; Даголо-младший только нахмурился.

– Я знаю, что Трефы тебя деньгами засыпают, но я уверен: их вожак верен только себе, а не нам… И уж точно не Кальвару.

– Боже, Карл! – Эрна фыркнула, протягивая руку за кувшином.

 – Говоришь так, будто мы при дворе кайзера в Верелиуме. Гёц – организатор игр, торгаш и контрабандист в пятом колене, ты от него хочешь… чего-чего? Верности до гроба?

– Вчера вечером он встречался с Мюнцером в «Боврисе». Тот пришёл прямо туда с разбитой харей и парой своих.

– Интересно, – произнёс барон уже с самым серьёзным видом. – О чём болтали?

– Несомненно, – ввернула женщина, – сговариваются, как оттяпать по шмату от твоего сладкого грушевого пирога.