Молчание посвященных

Желтые глаза зверей сменили крутые пики заснеженных гор и нестерпимо яркое, раскачивающееся, как маятник, солнце, из объятий которого неожиданно вырвался грохочущий черный вертолет и, спикировав, как коршун на добычу, выпустил огненно-дымные стрелы. Пронзив его, они тут же превратились в тысячи прыгающих огненных шаров, сжигающих его плоть…

От острой боли мужчина рванулся и закричал, но какие-то люди навалились на него и привязали ремнями к кровати его руки и ноги. На борьбу с ними он истратил остатки сил, и, стоило ему закрыть глаза, как опять вплотную подступила ревущая и взрывающаяся бездна.

Через некоторое время она замерцала мириадами ярких звезд. Самая яркая из них вдруг сорвалась со своей орбиты и устремилась к нему. Приблизившись вплотную, она окуталась мерцающим пламенем, из которого шагнула красивая молодая женщина с длинными белокурыми волосами…

– Что бы ни случилось с нами, помни, Сармат, – мы с тобой одной крови! Одной!.. Помни… помни… – шептали губы женщины, и тихим скорбным светом светились ее синие, как северное небо, заплаканные глаза.

«Кто это?» – попытался вспомнить мужчина, но, как ни старался, не смог.

Скоро лицо женщины поглотило мерцающее пламя, а ненасытная черная бездна окрасилась в кроваво-красный цвет, превратившись в кратер вулкана. Он быстро наполнялся клокочущей раскаленной магмой, которая обдала мужчину нестерпимым жаром.

Страдалец не слышал ни причитаний доктора Юсуфа, суетящегося со шприцем у его постели, ни разговора склонившихся над ним двух похожих друг на друга людей, удивительно похожих, несмотря на то что на одном из них был белый медицинский халат, а на другом – мундир офицера пакистанской армии.

– Говорил же я тебе, дорогой брат Айюб, что эти русские собаки фантастически выносливы и живучи, – с превосходством старшего произнес офицер. – Мне рассказывали, что они в их ледяной Сибири, выпив целую бутылку водки, могут без последствий для здоровья провести ночь в сугробе.

– Вынужден это признать, брат Али-хан.

Я совершенно не рассчитывал, что гяур когда-нибудь выйдет из комы, но, как видишь, Аллах почему-то простер свою безграничную милость и на него.

– Я сегодня же сообщу об этом полковнику Метлоу, – радостно потер ладони Али-хан. – Хотя, признаться, мне непонятно горячее участие ЦРУ в судьбе этого русского.

– Янки – прагматики… Они не станут вкладывать деньги в курицу, от которой не рассчитывают получить золотые яйца.