Кукурузный сон

Но, с другой стороны, они палку не перегибают – изначально привив нам чувство собственной значимости, затем с помощью персонажей, специально для этого прокачанных, начинают прививать нам чувство собственной неполноценности, держат баланс, – Костя усмехнулся. – Ну, а чтобы уж совсем не лишить нас последних крох самоуважения, нас окружают различными «подушками безопасности» – религиозными, политическими, социальными. Пожалуйста, вот вам десять заповедей, которые привьют вам уважение к самим себе. Не хотите? Будьте любезны, получите этику и эстетику – они послужат вам примером вашей непогрешимости.

– Подожди, подожди, Костя, – перебил я его, почувствовав, как мне показалось, брешь в его стройных умозаключениях. – А как же божественное происхождение? «По образу и подобию»… Это куда деть?

– А зачем его куда-то девать? – невозмутимо спросил Костя. – Согласись, ведь человек себя тоже иногда считает богом и тоже что-то создает по своему подобию. Возьмем тот же компьютер.

– Компьютер? – я помотал головой, пытаясь уследить за ходом его мысли.

– Ну да, компьютер. Мы же тоже сильно не заморачивались, когда изобретали его – все как обычно, «по образу и подобию». Архитектура один в один, не находишь? Операционная система – фактически наша нервная система, координирующая работу инстинктов и рефлексов; оперативная память по своей сути – как наша кратковременная память; отделы нашего мозга, в которых хранятся жизненно важные воспоминания, – чем не жесткий диск? Функции зрения, слуха, обоняния у компьютера на себя берут устройства ввода, получения информации, тогда как устройства вывода отвечают за функции речи, мимики и жестов.

– Согласен, сходство есть, но… Черт возьми, Костя, в отличие от компьютера, мы способны свободно мыслить! У нас нет заданного алгоритма мышления! – очень уж мне не хотелось чувствовать себя ботом.

– Ой ли? Ты серьезно? Антон, это же детский лепет. Человек не может помыслить немыслимое. Точно так же, как компьютер. Наш разум (тире процессор) имеет свои рамки мышления, за которые неспособен выйти. А вот зато наш организм знает математику куда лучше нас самих – на бессознательном уровне происходят такие вычисления, что ни одному гению от математики не снилось. Понимаешь?

– Нет, – не совсем честно ответил я.