Метро

Борис понял, что это штаб. Видимо напрямую связанный с недавним терактом. «Киа» с семьей оставили во дворе, а его самого препроводили на второй этаж. Борис успел заметить светлый прямоугольник на стене у входа – еще недавно здесь висела табличка.

Кабинет с охраной перед дверью. Борис набрал в легкие воздуха и не зря. Он боялся начальства и генерала живьем видел только на торжественных собраниях по случаю дня полиции. Там, впрочем, были только генерал-майоры. А здесь на крепком мужчине за столом он сразу увидел по три звезды на погонах камуфлированной куртки.

Генерал-полковник. Рядом с ним сидел и сверлил его темным взглядом человек в гражданском со шрамом над губой.

Генерал-полковник только мельком взглянул на Бориса и сразу же уставился куда-то в стол. Поскольку где-то там же раздавалось довольно странное разноголосое мяуканье, Борис сначала было подумал, что генерал смотрит видеоролик про котов на ютубе.

Только когда второй мужчина глазами указал ему на стул перед столом, Борис подошел ближе и заметил, что никакого компьютера на столе не было.

А были там только микрофон, динамик, телефоны селектора и огромная радиостанция.

Генерал – крепкий, суровый и статный – каким и должен быть генерал-полковник, сосредоточенно слушал мяуканье, которое исходило попеременно и совершенно точно из разных кошачьих глоток. Только что мяукал фальцет молодой кошечки, а теперь протяжно завывал крупный деревенский кот. Каждое мяуканье предварял щелчок селекторного переключателя.

После очередного такого щелчка вместо мяуканья раздался отрывистый лай. Генерал-полковник нахмурился и громогласно гаркнул в микрофон:

– Болотный кот, ёб твою мать!

Лай тотчас сменился попискиванием кошки, заприметившей за окном воробья.

Борис посмотрел на склоненную голову генерала. Волосы у него были густые и черные, но с проседью. Гладко выбритое лицо выглядело сосредоточенным. Черноглазый человек в гражданском наконец оторвал взгляд от Бориса и, склонившись к генералу, что-то ему прошептал.

– Вы не вышли сегодня на работу, – сказал генерал-полковник, поднимая на Бориса пронизывающий взгляд.

Очевидно, в первую очередь это был вопрос, хотя вопросительной интонации Борис не уловил.

– Мне предоставили недельный отпуск, – выдавил Борис, продолжая лихорадочно соображать.

Генерал никак не отреагировал на заявление Бориса, светлые глаза просто изучали его.

Сидевший рядом мужчина со шрамом снова сказал что-то на ухо генералу.