До встречи в Лондоне

Ну и как прикажете жить в таких условиях? Мыслить и страдать? Воспарять духом? А тут еще эти английские газеты и сайты!

Когда-то в советские времена главных редакторов газет регулярно собирали в пятом подъезде ЦК КПСС на Старой площади, в небольшом круглом зале. Именно там давались инструкции – как освещать те или иные события, на какие темы обратить особое внимание. Обычно инструктаж проходил в доброжелательном отеческом тоне, но провинившихся могли основательно взгреть. Похоже, у английских ребят тоже есть свой пятый подъезд, где их наставляют, как и что писать.

Впрочем, может быть, дело еще хуже. Даже советские редакторы про себя-то знали, что есть пропаганда, а что – правда. Пусть они не могли писать всю правду, но про себя они ее знали. Во всяком случае, большая часть. И потому, как только им дали волю, просто с цепи сорвались, без разбору печатая то, что считали правдой или почти правдой.

А вот многие английские информационные бойцы, похоже, искренне уверены, что пишут одну только правду. И по-другому писать уже просто не могут. То есть мозги и сознание их постоянно обрабатываются так основательно, что думать они способны только в одну сторону. Поэтому мейнстрим у них создается не по грубой команде из пятого подъезда, а по твердым установкам сильных мира сего. Из набора замшелых истин и штампов, которые они весьма охотно глотают и тут же переваривают. А это еще страшнее.

Так что пятый подъезд – это грубость и примитив, это прошлое. Мозги теперь вправляют иначе, более иезуитскими способами…

Ледников опустил ноги и снова подъехал к компьютеру. Лениво побегал мышкой по английским сайтам и уже хотел выходить из Интернета, как вдруг увидел фотографию Гланьки…

Она выбиралась из черного «Ягуара», демонстрируя длину своих ног. Но лицо у нее было угрюмое.

Сразу нахлынули воспоминания. Вспомнился во всех подробностях их скоротечный яростный роман, начавшийся во время переезда семейства Востросаблиных с дачи… Закончился он дикой сценой на той же самой даче, когда их обоих решил спалить вместе с домом маньяк, рехнувшийся от любви к женщине, пребывающей несколько лет в коме! И все-таки это было то время, которое забыть невозможно… Потому что, собственно, такое прошлое делает мужчину тем, что он есть.