По следам фальшивых денег (сборник)

Положено по закону не менее двум понятым присутствовать.

– А можно без дам? Видите ли… Гравюры носят характер весьма откровенный, и дамам, тем более моей прислуге, видеть их никак нельзя.

– Позвольте посмотреть.

Тайный советник сходил в свой кабинет и вернулся с большой картонной папкой. Внутри находилось восемь листов, переложенных тонкой калькой. Едва взглянув на верхнюю гравюру, Кунцевич тут же отвернулся.

– Да-с. Обойдемся, пожалуй, без понятых.

* * *

В книжном магазине на Литейном, 58 торговал сам хозяин.

Определив в госте солидного покупателя, он рассыпался веером и по каждой книге, на которую гость обращал свое внимание, давал исчерпывающую справку.

Осмотрев несколько фолиантов, Кунцевич спросил:

– А нет ли у вас интересных гравюр?

– Вас что конкретное интересует?

– Французы, позапрошлый век – начало прошлого.

– Есть! Франсуа Буше, Фрагонар. Восемнадцатый век, состояние великолепное. Прекрасное вложение капитала, они дорожают буквально каждый день.

Ну и, кроме того, это особенные экземпляры – с весьма легкомысленными сюжетами… что вы хотите, французы! Изволите взглянуть?

– Ну что ж, покажите.

Посмотрев на гравюру, Кунцевич поднял глаза на книжника:

– Скажите, любезный…

– Мылов, Федор Григорьевич, к вашим услугам.

– Федор Григорьевич, а у нас в отечестве такими изображениями разве дозволяется торговать?

– Даже не думайте сомневаться! У нас фирма солидная. Это же история! Вас же, например, не смущают нагие статуи в Эрмитаже?

– Статуи в Эрмитаже такими вещами, как на этой вашей гравюре, не занимаются! Вещица, конечно, интересная, но таковую надобно держать глубоко в сундуке, чтобы, не дай Бог, девице какой на глаза не попала.

А впрочем, позвольте, я еще раз взгляну.

– Конечно, конечно!

Кунцевич аккуратно взял офорт и подошел к окну. На оборотной стороне гравюры красовался императорский орел и штемпель библиотеки Зимнего дворца.

– Вы знаете, я, пожалуй, возьму эту гравюру.

Нет ли у вас таких же?

Обрадованный торговец выложил перед Кунцевичем еще один офорт. Орлы были и на нем.

– Это все?

– Да, было десять листов, но восемь я уже продал.

– Федор Григорьевич, а что, приказчиков у вас нет?

– Не держу-с, один справляюсь.

– Тогда закрывайте лавочку. – Кунцевич достал из бумажника свою полицейскую карточку и показал книготорговцу.

* * *

С книжником разговаривал сам Филиппов.