Индекс Франка

В женской палате за плотно прикрытой дверью шумел фен – и Виктор понимал, что никто не укладывает там волосы. Прооперированная днём Токарева сушила повязку над донорской раной, подходя к делу максимально ответственно – каждый час по десять минут.

В ожоговой реанимации тускло горела настольная лампа, слышался тихий плач малышки Трофимовой и что-то вроде колыбельной от её мамочки. Платонов повернул и вышел на площадку. На стульчике возле туалета, поставив на пол рядом с собой банку с дренажом из плевральной полости, сидел пожилой пациент и надувал медицинскую перчатку через двадцатикубовый шприц.

Среди ночи это было одновременно и удивительно, и вполне объяснимо. Виктор зачем-то коротко кивнул пациенту, словно одобряя его действия, получил то же самое в ответ и стал спускаться по лестнице на первый этаж.

Внизу Платонова встретил очередной длинный коридор, освещённый только дежурным светом. Он миновал несколько дверей рентгенотделения и в сумраке фойе увидел устроившегося на дерматиновом диванчике мужчину с вытянутой ногой, который сжимал в руке допотопный кнопочный телефон, подслеповато разглядывая что-то на экране.

Рядом к стене была прислонена трость; на полу – бесформенная брезентовая хозяйственная сумка.

Платонов, не задерживаясь, завернул за угол. Эльвира сидела за столом, глядя в монитор и щёлкая мышкой.

– Вот бумаги, – показала она наклоном головы, не отрывая глаз от экрана.

– Это мимо него я сейчас проскочил? – Виктор оглянулся, но отсюда пациента в коридоре уже не было видно.

Сестра кивнула и продолжила своё невидимое Платонову занятие.

В документах всё было, как и всегда.

– Солнце зашло, и в Стране Дураков закипела работа, – шепнул себе под нос Виктор. Направление из поликлиники, где стояло время «двенадцать-двадцать», говорило о многом. Пациент перемещался в сторону больницы почти пятнадцать часов – причём совершенно непонятно, почему. Выйдя в фойе, Платонов встал напротив прибывшего и спросил:

– Судя по времени прибытия, дела у вас днём были крайне важные?

– Нога болит, – ответил мужчина, указывая на вытянутую перед собой конечность.

Вопрос хирурга он то ли не понял, то ли проигнорировал, то ли посчитал сигналом для рассказа о своих проблемах.

– Догадываюсь, – подняв перед собой бумаги, сказал Платонов. – В направлении у вас диагноз «Остеомиелит» – явно не для полуночных хождений по больницам. Вполне плановая болячка. Ничего экстренного для приёма дежурного хирурга.