Безумный день господина Маслова

Пусть это утверждение останется на совести "Южного Креста", не будем спорить, а спросим только одно: как тогда работают бедные люди в Китае и более южных, не облагодетельствованных присмотром фонда, краях?

По всем признакам Ёля просидела за работой ночь напролет. Это была ее не первая долгая смена с тех пор, как она два месяца назад счастливо устроилась в игру "Венера" на должность "пятки", как выражались игроки. Такие безумные смены выпадали ей примерно раз в неделю и платили за них столько, что Элеш даже не думал протестовать.

После первой Ёлиной бессонной ночи он начал было недовольно ворчать, но когда увидел сумму, пришедшую позже, он даже не сразу понял, что ему показывают.

– Это за какое время? – спросил он, вглядываясь в экран и наморщив лоб в подозрении на подвох.

– За сегодня, – ответила Ёля, пытаясь унять охватившую ее дрожь.

В тот момент Элеш немного потерялся в пространстве и еще долго ходил натыкаясь на стены. Больше он никаких претензий к работе Ёли не предъявлял, и, как бонус, в их жизнь вернулась жаркая юность, если вы понимаете.

Чтобы не быть внезапным, Элеш подошел к Ёле сбоку. Он, как мелкое следствие нелюбви к неожиданностям, терпеть не мог подкрадываний, какими бы забавными они ни казались, и сам никогда не подкрадывался. Элеш потрогал Ёлю за плечи и сильно пригнулся, чтобы рассмотреть, что у нее творится на экране. Экран, как и всегда раньше, был усеян текстовыми блоками, не было ни одной картинки, ни хоть графика: только блоки, разделенные рамками, и в каждом отдельное текстовое безумие, за которым никак не угадывалась такая визуально красивая и медитативная игра как "Венера".

– Не ложилась? – глупо спросил Элеш скрипучим со сна голосом.

Ёля несколько секунд молчала и продолжала неморгающими, остекленевшими глазами бегать по экрану. Вдруг она умеренно властным голосом, с которым умный, но еще молодой руководитель призывает подчиненного настроиться на работу, сказала:

– Администратор зоны!

Это был еще непривычный для Элеша тон его милой жены.

Пару раз на краю его сознания уже возникала мысль, что если бы семь лет назад Ёля хоть раз таким тоном обратилась к нему, они бы точно не были вместе. Но он не подпускал эту мысль близко, потому что другой жизни себе не хотел и представить. Он в глубине души был счастлив и, как умный человек, боялся напугать счастье слишком уверенным осознанием.

– Эля, зайчик, у меня завал, – сказала Ёля уже нормальным голосом, но всё еще не глядя на мужа.