Магия, рожденная среди кукурузных полей

– Я не спал всю ночь, потому что переживал, – не выдержал я.

– Почему ты переживал? – спросила мама.

– Сложно объяснить. Сначала Доротея уехала, и от нее до сих пор нет вестей, потом еще и практика.

– Вот насчет практики можешь не волноваться, тебе ведь даже насчет будущей работы нет смысла волноваться. С твоими показателями место в департаменте обеспечено.

– Ясно, – тихо произнес я.

Его слова должны были меня успокоить, но я наоборот начал волноваться. К тому, что было в моей тарелке, я так и не притронулся, меня словно затошнило.

Пару часов я просто лежал, уставившись в потолок, а потом поднялся и сел за стол. Сначала я хотел написать Алонзо, передо мной появился чистый лист, но он так и остался чистым. Я не знал, как описать все то, что я чувствовал. Я встал, подошел к кровати и достал из-под нее метлу, что мне отдал Алонзо.

– Летать, наверное, здорово? – предположил я.

И это меня немного отвлекло, я решил немного почитать об управлении метлой и о полетах. В то время, как мои родители спокойно спали в соседней комнате, я менее чем за час смог освоить теоретическую часть, но мне этого было мало. Я хотел, чтобы лето поскорее прошло, чтобы начались занятия по управлению метлами, и решил спрятать теперь уже свою метлу в шкафу. И как только его дверцы открылись, я снова увидел те три костюма. И мне снова стало не по себе.

– Не хочу всего этого, – подумал я, представляя, что проведу почти все лето в стенах какого-то кабинета, а потом заметил джинсы.

Одежда, которую я купил в обычном магазине, лежала на верхней полке, я достал ее без помощи магии и начал также самостоятельно переодеваться. Я натянул джинсы и майку, взял метлу и подошел к окну, которое тут же открылось. Потом я перекинул ногу через черенок и крепко схватил его обеими руками, после чего немного приподнялся над полом.

Я знал, что это было не совсем законно, но через несколько секунд вылетел через окно на этой старой метле.

– А я ведь даже не все правила прочитал, – вспомнил я, немного запаниковав, но потом сразу же успокоился.

Эти секунды полета так поразили меня, что я не хотел, чтобы это заканчивалось.