Магия, рожденная среди кукурузных полей

У моей матери проводником была серьга в правом ухе, а у отца им были золотые часы, которые он снимал только на ночь.

Правда, они им были не всегда, до них проводником был галстук. Он был его первым, отцу и выбирать не пришлось, ведь он носил его почти каждый день. Но потом ему пришлось сменить его на более долговечный проводник, проведя небольшой обряд, во время которого от галстука ничего не осталось.

Если бы он этого не сделал, и с галстуком что-нибудь случилось, он бы потерял на время магию, и потом ему пришлось бы долго привыкать к новому проводнику.

Но он вовремя заметил недостатки этого синего куска ткани, который к тому же вышел из моды.

Я был больше всего привязан к своему телефону, но понимал, что не стоило делать его своим проводником, и к тому же он был сделан обычными людьми. Я задумался над словами родителей, продолжая жевать овощи. Мне надо было понять, с чем из своих вещей мне часто приходилось контактировать, но ничего не приходило на ум.

– Если так и не сможет определиться, можно временно сделать проводником обычную палочку, – сказала мама, отрезая кусок от мяса.

Я так погрузился в свои мысли, что перестал улавливать смысл их разговора, а салата на моей тарелке становилось все меньше. Я ел только куски овощей и листьев, совсем забыв про то, что лежало с другого края тарелки. К мясу я всегда был как-то равнодушен, а с этого вечера и вовсе перестал его есть.

Прошла ровно неделя с того разговора, телефон сломался, и я не успел собрать кукурузу. Баллов за это должно было хватить, чтобы пройти на двадцать второй уровень, на котором я бы мог выращивать тыкву, которую в реальности ни разу не пробовал.

Но из-за того, что перед глазами больше не было карты фермы, я смог немного разобраться в себе и выбрать проводник, которым стали мои собственные волосы. Они у меня были чуть выше плеч, и я каждое утро собирал их в хвост. Все были удивлены такому выбору, и только отец его сразу одобрил.

– Надо же, но это прекрасно, – сказал он, сидя за столом, после того, как узнал.

– Только теперь ему их нельзя стричь, – добавила мама.

– Но они часть его. Можно сказать, он одно целое со своим проводником, – продолжил отец.

– Но это так странно, впервые кто-то выбрал собственные волосы в качестве проводника.

– Ничего, главное теперь не облысеть, – сказал я, глядя на миску, из которой вылетали кусочки овощей и салата.

– Ты точно будешь только это? – спросила у меня мама, заметив, что моя тарелка уже была полна салата.