Ценности за кирпичной кладкой

Пыли на буфете было больше, чем откололось от стены. И из-за этой пыли я чихнул.

– Будьте здоровы, – внезапно послышался сзади детский голос.

– Спасибо, – произнес я и натянул на нижнюю часть лица воротник своей кофты.

– А что вы делаете? – продолжил детский голос.

– Занимаюсь ремонтом, – сказал я и повернулся в сторону стола, за которым сидела девочка лет пяти.

У нее были растрепанные светлые волосы чуть ниже плеч, а одета она была в зеленую пижаму с утками.

– Извини. Я тебя разбудил, – продолжил я.

– Ничего страшного. Я просто лежала и смотрела в окно.

– Меня зовут Соппор. А тебя?

– Арин, – коротко ответила девочка.

– Очень приятно. Красивое у тебя имя.

– Спасибо. Меня так папа назвал.

– Интересно, я закончу раньше, чем твой папа придет? Как ты думаешь? – продолжил я.

– А вы до вечера будете ремонтом заниматься?

– Нет.

– Тогда точно раньше, – сказала Арин.

Ребенок в мои планы не входил, я должен был просто забрать то, что находилось за стеной, и уйти.

Теперь же у меня был свидетель, и я не хотел пачкать свои музыкальные руки в ее крови.

– А почему ты дома совсем одна? – спросил я.

– Я же с вами? – удивилась девочка. – Разве мама не попросила вас посидеть со мной?

– Да, попросила, – соврал я. – Вот только где сейчас твоя мама?

– У подруги, ей там весело. Она так красиво оделась, чтобы пойти к ней.

– Понятно, – тихо произнес я и ударил по зубилу молотком.

На этот раз получилось отколоть крупный кусок кирпича, который полетел куда-то за буфет.

Я приподнял зубило и ударил по нему еще пару раз, но толку не было. У меня были руки музыканта, они были слабыми, но ловкими. Вот только кирпичи были очень крепкими.

– Может, вам помочь? – предложила Арин.

– Помочь? – озадаченно произнес я, но потом придумал, как выкрутиться. – Не думаю, что твоя мама будет рада тому, что я дам тебе молоток.

– Еще я могу сказку рассказать? – продолжила Арин.

 – Правда, у мамы лучше получается.

– Взрослые вообще большие специалисты по сказкам.

– Значит, ты тоже знаешь много сказок?

– Да, но не очень много, – сказал я.

– А о чем они? – спросила Арин.

– Не думаю, что они тебе понравятся. Они почти все грустные, – сказал я и ударил по зубилу еще пару раз.

– А любимая у тебя есть? – спросила Арин после недолгих размышлений.

– Рассказать? – спросил я в ответ.

– Да.