Воздушные фрегаты. Юнга

 – Продали? Проиграли? Заложили?

– Заложил, – признался испуганный Воронин.

– Давно.

– Третьего дня.

– Ничего святого у людей не осталось, – сокрушенно вздохнул Цыбинский, обнаруживший под салфеткой выпивку. – Воруют личные вещи подопечных, пьют в присутственном месте…

Договорив, он лихо опрокинул в себя содержимое рюмки, после чего, пожевав, будто смакуя, вынес вердикт:

– Да еще и такую дрянь!

– Вполне может статься, – не обращая внимания на дорвавшегося до спиртного поляка, заметил Гофман, – что требуемая вещь еще на месте.

– Я о… – директор не смог продолжить и сказал: – Потерял.

– Прискорбно. В таком случае вам придется отправиться с нами. Надеюсь, вы не забыли адрес ломбарда?

– Нет, – отчаянно помотал головой труженик на ниве народного просвещения. – То есть да. То есть я помню…

– Прекрасно.

– Но я не могу теперь оставить…

– Скажите, любезный, ваше начальство знает, что вы воруете личные вещи воспитанников?

– Я понял вас, господа.

– Прекрасно. И не переживайте так. Мы на авто, так что это не займет много времени.

– А чтобы вам не лезли дурные мысли в голову, – пьяно усмехнулся поляк и откинул полу пиджака, показав рукоять револьвера «бульдог» за поясом, – знайте, что любое неосторожное слово может стоить вам жизни.

– Хорошо, – нервно сглотнул Воронин.

– Прошу, – сделал приглашающий жест Гофман, с досадой посмотрев на сообщника.

Спустившись, они начали занимать места все в том же видавшем виды открытом автомобиле, когда-то носившем гордое имя ландо.

– Пантелей Митрофанович, – как обычно некстати возникла рядом с ними Фимка. – Вы разве уезжаете?

– Да, – нехотя буркнул тот. – Срочное дело!

– Как же так, – растерялась девушка. – Вы уезжаете, а Вахрамеева с самого утра не видно…

– Погодите-ка, барышня, – обернулся к ней насторожившийся Гофман. – Вы хотите сказать, что утром он еще был?

– Конечно! Он, вправду сказать, вчера весь избитый пришел, так что на ногах еле стоял, но ночевал, как и положено, в дортуаре!

– Вот дура!.

– Ой, а что это у вас? – заметила револьвер Цыбинского Фимка. – Что здесь происходит?

– Ничего такого, милая пани, – осклабился поляк, после чего резко ударил девушку по голове.

– Какого черта ты творишь?! – не выдержал немец.