Стрелок. Путь на Балканы

 – Какая-нибудь Сага Зильбегштейн!

– А вот и нет, прекрасную пани звали Катажиной Новицкой!

– Полячка? Одобгяю, молодой человек, среди них иной газ попадаются такие… огонь! Кстати, я не ослышался, вы пгеодолели пригодную застенчивость и пгедставились?

– Ну что вы, – смутился подпоручик, – я просто слышал, как ее назвал приказчик в лавке.

– О боже! – картинно закатил глаза Венегер. – Сказано «багышня», ну как я мог так хорошо о вас подумать!

– Кстати, Сергей Александрович, вам мат, – объявил Гаупт после очередного хода, – еще партию?

– О, нет, увольте, вы достаточно меня сегодня разгромили.

– А вы, Николай Августович?

– Нет, мон шег, я, ггешным делом, недолюбливаю эту иггу. Есть только две вещи, достойные офицега: кагты и женщины! Женщин, как я уже упоминал, здесь нет, а в карты иггать тоже не с кем… может вольноперов позвать?

– Боюсь, я не могу одобрить подобного.

– Тогда, может быть, вы не станете возгажать, если я завтра навещу наших соседей? Мы гаспишем великолепную пульку!

– Извольте, – пожал плечами штабс-капитан и, накинув на плечи мундир, вышел в смежную комнату.

– Это хорошо, что вы здесь, Штерн, – обратился он к вольноопределяющемуся, – подойдите, я хотел поговорить с вами.

– Слушаю вас, ваше благородие.

– Что вы можете сказать о Будищеве?

– О Будищеве? Ничего, а отчего вы спрашиваете?

– Так уж и ничего?

– Ну, солдат как солдат…

– Кинувшийся спасать деревенскую девчонку?

– Говоря по правде, господин штабс-капитан…

– Я же говорил вам, что вне строя вы может звать меня по-прежнему.

– …хорошо, Владимир Васильевич, дело в том, что меня это тоже удивило. Человек он не злой, но сентиментальным или добросердечным его назвать трудно. Тем не менее он отправился на ее поиски не задумываясь!

– А вы видели, как он занимается гимнастикой?

– Конечно, как и все.

– Да так просто. Кстати, знаете, как называется это упражнение, когда человек подтягивается на перекладине, а потом переворачивается через нее?

– Кажется, он называл это подъем-переворот.

– Вот-вот, и практикуют его в германской армии.

– Вы полагаете, он шпион?

– Нет, конечно.