Мекленбургская принцесса

Было совершенно непонятно, откуда он взялся и как ухитрился подобраться незамеченным, так что застигнутые врасплох мальчишки на мгновение остолбенели. Впрочем, они пребывали в ступоре недолго и тут же кинулись в разные стороны; и непременно преуспели бы в своем намерении, если бы не ловкость незнакомца, тут же схватившего обоих за шиворот.

– Далеко ли вы собрались, молодые люди? Это, право же, невежливо, ведь я еще не закончил!

– Кто вы, сударь? – почти спокойно спросил у него принц, в то время как его товарищ продолжал отчаянно вырываться.

– Хороший вопрос, ваше высочество, и я непременно отвечу на него, как только ваш спутник прекратит сопротивление.

– Как бы не так!.. – огрызнулся Петер и вдруг, сделав неуловимое движение, выскользнул из рубашки и бросился бежать.

– Вот ведь сорванец! – засмеялся незнакомец.

– Может быть, вы меня отпустите?

– Если вы, ваше высочество, пообещаете не предпринимать попыток к бегству, а то ведь мне нельзя бегать.

– Обещаю, но почему вы титулуете меня «высочеством», ведь я пока всего лишь «светлость».

– А вот тут вы ошибаетесь, мой принц. Ваш отец носит титул «царь всея Руси», а стало быть, равен императору. Следовательно, вы имеете право именоваться «высочеством» или даже «королевским высочеством».

– Вы знаете моего отца?

– Позвольте представиться, мой принц. Барон фон Гершов, к вашим услугам. Я обер-камергер вашего отца и заодно ваш новый воспитатель.

– Вас прислал мой отец?

– Совершенно верно!

– Вы увезете меня к нему?

– Я имею такое повеление от его величества.

– Когда мы едем?

– Боюсь, не так скоро, – улыбнулся фон Гершов, – как минимум вам прежде нужно объясниться с вашей царственной матушкой по поводу покушения на его преосвященство.

– Он оскорбил моего отца!

– Не могу не признать – достаточный повод.

– Меня накажут?

– Вне всякого сомнения.

– Ну и пусть!

– Вы позволите сопроводить ваше высочество? – церемонно поклонился барон.

– Буду вам чрезвычайно обязан, – ответил на поклон принц, и тут же спросил: – А отчего вам нельзя бегать?

– Что, простите?

– Вы просили меня не убегать, потому что вам нельзя бегать.

– Ах, вот вы о чем… – засмеялся фон Гершов, – это одна из любимых шуток вашего отца. Он говорит, что генералам нельзя бегать, потому что в мирное время это может вызвать смех, а в военное – панику.

– А вы генерал?

– Да, я командующий немецкой гвардией его величества.