Завтра война

Стоит ему только приладить петлю к вентиляционной решетке, как появятся молодчики в форме и, подхватив его под белы рученьки, потащат прямиком в санитарный блок, где ему будут колоть столько дури, что он не ровен час позабудет свое имя…

Частенько вспоминал Роланд свой девятимиллиметровый «ЗИГ-Зауэр», семейную реликвию рода Эстерсонов – вспоминал с тоской и благоговением.

Этот пистолет, передававшийся в их семье от отца к сыну, некогда служил личным оружием Карлу Эстерсону, капитану линкора «Вестерноррланд».

И линкор, и капитан не раз отличились в бесшабашных космических бойнях эпохи Ранней Колонизации, вследствие чего башня главного калибра «Вестерноррланда» попала во двор Аландского Музея Внеземелья, а Карл Эстерсон – в двадцать пятый том Энциклопедии Героев Объединенных Наций.

Элегантный, легкий армейский пистолет с емким магазином, надежнейшим ударно-спусковым механизмом и хищным стальным блеском – о, если и сводить счеты с жизнью, то при помощи такой вот штуки!

Сколько раз он, маленький Роланд, разбирал его собственными кривыми ручонками на пятьдесят пять частей и дивился тому, как изящно, как эргономично и точно решена эта крохотная машинка смерти с уникальной серебряной табличкой «Вице-адмиралу Эстерсону от восхищенного командования»!

Быть может, вообще весь его интерес к инженерному делу начался с этого вот «ЗИГ-Зауэра».

Увы, пистолет остался лежать в футляре, обитом зеленым бархатом в нижнем ящике его письменного стола.

Кстати, а кому достанется этот дом после его, Эстерсона смерти? Кому достанется «ЗИГ-Зауэр»?

Чтобы определиться с этими интересными обстоятельствами, предусмотрительный Эстерсон тут же написал завещание. Из которого следовало, что его деньги и имущество достанутся Эрику.

«Пусть думает что хочет. Например, что деньги ему прислала добрая фея, у которой в башне замка персональный печатный станок, а пистолет – свихнувшийся Санта Клаус».

Он запечатал завещание в конверт, который надписал «А. Грузинскому. Лично». И положил конверт на столик возле кровати лицом вниз – чтобы, значит, ребята из службы наблюдения себе глаза не ломали, пытаясь разобрать, что за послание накрапал их склонный пооригинальничать клиент.