Золоту – жизнь, человеку – смерть

Я уже стар, слабею, а у них силы хоть отбавляй. У нее поле около дома, пусть сеют медовые травы, подсолнух, гречиху. Будет мед и масло, а нет, продадут гречиху на зерно.

– Поезжай, сынок, домой и возьми себе деньги, а я с внуком поговорю. У меня душа болит за него, хочу поговорить по-мужски с ним, мы понимали друг друга всегда, думаю, и здесь нет у меня ошибки.

– Полночь, отец, сейчас страшно ночью ездить, выеду утром рано. Поговоришь с ним утром, когда проснутся. Видишь, голубки спят. Дай послушать, что они во сне говорят.

– У тебя есть что-нибудь выпить, отец, что-то в горле комок стоит, – чуть позже сказал сын.

– Выпей холодной воды, он и уйдет.

– Этот не уйдет, он будет всю жизнь по пятам ходить.

– Выслушал стервец, и нужно тебе было лезть им в душу. Спят, пусть спят, нечего выслушивать их тайны. Приложил свои уши прямо к их губам.

– Не бурчи, отец, дай немного мне прийти в себя. Не может такого быть, чтоб оба видели один и тот же сон, говорили во сне об одном и том же.

– Твои дружки погубят парня и девку.

Дед налил себе и сыну, на палочку наколол гречневую галушку.

– Давай, сынок, до дна, чтоб думка была одна. Ложись на мой тулуп и спи, а я постерегу лошадей и пасеку.

Отец долго не мог уснуть: что за тоннель копали они? Почему убежали через колодец? Откуда поплыло огромное количество ила? Почему она благодарила его за спасение, и кто погиб там под банком?

Чуть поднялась заря, дед подошел будить сына.

– Вставай, уже утренняя заря в дорогу зовет. Что тебе приснилось, весь потный и испуганный?

– Верно, ты сказал, отец, мои дружки меня до хорошего не доведут. Нужно ехать.

– Садись, выпьем на дорогу, и скачи домой. Готовься встречать сына со снохой.

– Выпей второй стаканчик, что б забылись ночные кошмары.

Молодые проснулись только к обеду.

– Выспались, мои родненькие, а я все вас караулю, когда вы проснетесь. Как хорошо и мило вы спали. А я вам нагрел воду и одежду погладил. Сходите, помойтесь теплой водой, сразу станет легче на душе. Жаль, баньки нет, она исцеляет душу.

– Деда, ты о ней плохого ничего не думай. Она клад, а не девочка.

– А я тебе ничего о ней и не говорю. Какую выбрал, такой и пользуйся.