Ведьзмарский лес

Ула перестала обращать внимание на тряску и неудобную скамью, не замечала встревоженного взгляда служанки. Сидела бледная, обхватив себя руками, и будто не видела ничего вокруг.

Прощание состоялось. Она убедила Карвелла уйти. А он обнял её, провёл по волосам ладонью, точно желая запомнить, как мягко они вьются. Впервые позволил себе быть настолько открытым для чувств.

– Никогда не забуду. – Ула задохнулась, сдерживая внезапную лихорадочную дрожь, проваливаясь в отчаянье, не в силах придерживаться правил, – осознала, что видит смуглое с резкими чертами лицо наставника в последний раз.

Хотела быть сильной, только переоценила себя. Накопившаяся усталость забирала последнее.

– Не доверяй Личварду, девочка. Будь осторожна, – шептал Карвелл, склонившись к её плечу. – Не оставляй занятий с кинжалами.

На миг она отстранилась, пытаясь проникнуть в мысли Карвелла, заглянула в глаза настолько тёмные, что не было видно зрачков. Там, в самой глубине, продолжала тлеть неведомая ей мысль.

Наставник что-то от неё скрывал. Он безмолвно призывал её молчать, не переспрашивать, затаиться от чужаков.

– Я обещаю. – Карвелл коснулся лба Улы горячими губами. – Обещаю, что узнаю, как тебе живётся с мужем. И если понадобится помощь…

– Не нужно. – Она заставила себя отказаться. – Не рискуй жизнью ради меня.

Не ответив, Карвелл сделал шаг назад, став прежним отстранённым, но верным защитником. Урсула смотрела, как он садится на лошадь и медленно выезжает на дорогу в сторону родного замка.

Ула осталась одна.

– Очень трогательно.

Она не обернулась: Резло мог язвить сколько угодно, но Ула для себя вычеркнула его из числа живых. Да и не до мерзкого младшего советника ей было.

– Послушай, дружок, я выкупаю у тебя кобылу и повозку.

Голос Фина она услышала точно сквозь толстый слой воды. Личвард бросил небольшой звонкий мешочек в грубые ладони возницы. Выпучив глаза, Талас одним глазом проверил содержимое, прищурился.

– Ох, господин, да хранит вас Пастырь.

 – Низко кланяясь, возница тряс чёрной бородой и пятился к дороге. – Вот радость-то! И через проклятый лес ехать не придётся. Считай, свезло. А то и на месте бедняги Дункана недолго оказаться.

– Помни о своём везении, но меньше болтай.

Фин улыбался, и, ожидая худших перемен в нём, Урсула напряжённо вглядывалась в его лицо, выискивала признаки будущей грозы. На место возницы он велел сесть одному из стражей. Отряд был готов отправляться в дорогу.