Ведьзмарский лес

 – Она с достоинством чуть склонила голову, как предписывали правила, и села на своё обычное место во главе длинного стола.

– Надеюсь, – сквозь зубы процедил Карвелл; отчего-то он был бледен и зол.

– Доброе утро, девочка. – Советник, напротив, держался спокойно и приветливо.

– Извини, Карвелл. – Подумав, что провинилась перед начальником стражи, Ула поспешила сказать слова, которые должны были прозвучать ещё вчера: – Я не поблагодарила тебя за помощь.

– Надеюсь, в одиночестве гулять ты больше не пойдёшь. – Он оставался мрачным и смотрел с внезапным сочувствием, смешанным с яростью.

Ула не понимала, что происходит, и сердце сжалось от тревожного ожидания. Она ошиблась: новый день будет не так уж хорош. Радость от светлого сна улетучилась.

Несколько минут они молча завтракали. Ула уткнулась взглядом в столешницу. Обхватив кружку, грела дрожащие пальцы. О чём говорили советник и Карвелл перед её приходом? Никто из них не признается, если считает, что Урсуле Бидгар не стоит знать. Она так легкомысленно радостно вбежала в залу, что не разобрала последние слова Карвелла.

– Какие дела сегодня, Харви? – Резко вскинув голову, она показала наставникам, что также умеет владеть собой – ей нет дела до пустых разговоров и злости Карвелла.

– Несколько прошений из деревень, леди.

– Новые расходы?

– Вероятно, – сухо ответил Харви. – Мёртвая земля забирает одну деревню за другой. Переселенцам нужна поддержка лордов.

– Вы договорились с плотником из отряда, Карвелл? – Хмурясь, Ула перевела взгляд на начальника стражи, точно хлестнула его этим «вы».

– Сегодня займусь этим. – Карвелл словно и не заметил холода от Улы, продолжая обдумывать что-то.

– Поторопитесь, могут пойти дожди, и вода зальёт зерно. Без него землям не прожить.

Слыша собственный ледяной голос будто со стороны, Урсула не понимала, откуда в ней столько обиды и резкости. Она решила, что после завтрака поговорит с Карвеллом и извинится. Они многое пережили накануне, оба на взводе, но это не даёт ей права унижать опекуна высокомерием.

Ула уже поставила кружку на стол и собиралась попросить Карвелла задержаться, когда со двора донеслись возгласы и лошадиное ржание. Эхо, разлетевшееся по внутреннему двору, вспугнуло птиц.

– Сидите здесь и не выходите, пока я не вернусь.