Наизнанку

На ходу раскрыла зонт, поправила съехавшую с плеча сумочку и направилась к автобусной остановке. Озадаченный, я последовал за ней, напряженно придумывая предлог, чтобы обратиться. На меня напала непонятная растерянность. Ничего подходящего не приходило в голову, и я не решался догнать Алину.

Узкая щербина на тротуаре оказалась роковым препятствием для острых каблуков. Девушка споткнулась и, вскрикнув, полетела коленками на землю. В долю секунды я оказался рядом.

– О, спасибо! – на меня с признательностью смотрели выразительные карие глаза, – Спасибо, что вы не дали мне упасть.

Я помнил зеленые. Лучистые зеленые глаза, задорные и нежные, смотрящие прямо в душу и излучающие любовь.

Моя рука нехотя разжалась, выпустив тонкий локоть. Алина, благодарно и несколько смущенно улыбнувшись, поспешила дальше.

Она меня не узнала. К горлу подступила горечь разочарования, и, не обращая внимания на недоуменные взгляды прохожих и усиливающийся дождь, я замер посреди улицы, обуреваемый желанием догнать темно-синюю фигуру и куда-нибудь утащить, невзирая на любые протесты, чтобы всё ей рассказать, всё, от начала до самой смерти.

Она должна вспомнить это сама. Просто для этого потребуется больше времени, чем я предполагал. Но чтобы Алина смогла меня узнать, мне нужно постоянно быть рядом с ней. А где современные люди видятся чаще всего и где они могут тесно общаться дни напролет? Только на работе. И тогда я нашел «Золотой ясень».

Последние приготовления были закончены.

Выбрав место неподалеку от выхода, я следил за выходящими людьми, дожидаясь девушку. Вот и она. Всё тот же плащ, те же сапожки. То же строгое выражение лица.

Мы проехали несколько остановок в троллейбусе. Алина на сиденье у кабины водителя, я на задней площадке, не спускающий с нее глаз. Вышли на улицу. Забрав из детского сада ребенка, шустрого парня четырех лет, девушка направилась домой.

Мы уже почти дошли до самого дома, когда я, дождавшись пока Алина с сыном скроются за углом, обогнул дом с другой стороны и двинулся им навстречу. К подъезду мы подошли одновременно.

– Заходи скорее, Илья, – распахнув тяжелую железную дверь, велела Алина ребенку.

Я вошел следом за ними и остановился возле лифта.